Дары Крови

— Как вы можете обещать мне, что у вас всё удалось?

Теперь уже Вир покачал головой:

— Ты за последние дни сильно сдал, стратег. Давит ответственность? Слышал, будто поражение у Теназа станет концом для всего твоего Дома?

Весы закаменел лицом, на его скулах снова вспухли желваки. Он молчал, прожигал Вира взглядом.

По губам Вира скользнула усмешка:

— Ну-ну, не стоит так на меня глядеть. Забавное ты себе имя взял, Яшмовые весы. Я не понаслышке знаю: чем больше лежит на весах, тем сложней принимать решения, но ты никогда не задумывался, юноша, что любой солдат, которого ты лёгким росчерком на бумаге посылаешь в битву, рискует в ней не только своей жизнью, но и жизнью своих родных, которые останутся без него, кормильца?

Весы расцепил зубы, процедил:

— У вас настроение вести нравоучительные беседы, ваша светлость?

— Всё может быть, — легко согласился Вир. — Может, и настроение. Поучу ещё немного: если для тебя так важна победа, то планируй всё так, чтобы одна, две или даже десять ошибок не сумели разрушить весь твой план, планируй так, чтобы устоять и выжить при любом исходе.

У Весов дёрнулся глаз, он сквозь зубы поблагодарил:

— Спасибо за совет, ваша светлость, — развернулся и бросил через плечо. — Я покину вас.

— Стоять! — лязгнул сталью в голосе Вир, заставляя Весы замереть на месте.

Постояв пару ударов сердца, тот обернулся через плечо и спросил:

— У вас есть ещё что-то для меня, ваша светлость?

— Есть. Неважно, убил ли он его или нет.

— Неважно? — Весы крутанулся на месте, оборачиваясь к Виру, и воскликнул. — Неважно⁈ Кто убедил меня, что нам нужно запустить слух о невероятном убийце? Кто просил указать цели для него? И что? — Весы шагнул вперёд, потряс перед собой рукой с растопыренными пальцами и презрительно процедил. — Первое же дело и ваш невероятный убийца сам лежит при смерти.

— Раз он вернулся, то…

— Раз он вернулся, то даже не сумел добраться до цели! Значит, все передвижения войск, которые я готовил три дня, полностью бессмысленны и лишь ухудшили наше положение!

Теперь Вир закаменел лицом, тяжело уронил:

— Не смей повышать на меня голос и перебивать меня. Не порть со мной отношения. Ты можешь взять Теназ для короля и остаться в живых, он осыплет тебя милостями, но это не убережёт тебя от моего гнева. Ты понял меня?

Весы склонил голову, вскинул перед собой сомкнутые ладони:

— Прошу простить меня, ваша светлость. Я забылся и позволил себе лишнего.

Вир покачал головой:

— Неубедительно, но нет ничего хуже, чем менять стратега в середине битвы. Сейчас содержание твоей головы бесценно, — Вир вздохнул и поднялся. — Идём.

— Куда? — ожёг его Весы взглядом исподлобья.

— Разрешить твои сомнения. Ну и мои заодно.