Дары Крови

Нам бы встретить реольцев на стенах, получив преимущество хотя бы на первое время, но тени слишком поздно их заметили.

Буквально десяток мгновений понадобилось реольскому командиру, чтобы оценить разрушенный лагерь и нас. А затем лава реольцев плавно и неотвратимо двинулась вперёд.

Я заметил, как многие воины спрыгивают с лошадей, уже сжимая в руках луки, и про себя застонал. Чтоб их всех Ребел к себе прибрал.

Рявкнул:

— Омер, ты прикрываешь свой отряд, Илиот, ты — наш!

Омер промолчал, а вот Илиот не стал:

— Господин, я не сумею ни растянуть такой большой щит, ни создать такой большой купол. Мы должны оттянуть лучников к нам или сомкнуть передние ряды, они слишком растянуты.

Я скрипнул зубами, Ограк подлил масла в огонь моей злости:

— Нельзя, господин. Мы потеряем преимущество в позиции, и нас сомнут. Но мы — тени — можем ударить по их лучникам.

Могут, но не сейчас же, когда рядом с реольцами ни единого воина нашего отряда? На кого списывать смерти?

Поэтому я рыкнул:"

"— Омер и Илиот к лучникам! Майс и Апот, занять их места! Я верю в вас, я верю, что вы гораздо сильней, чем кажется. Приказываю — использовать ауру воодушевления!

Реольцы тем временем добрались до лагеря, двумя стремительными потоками влились в выбитые ворота и пролом стены, расплескались вдоль частокола, проворными ручейками растеклись между шатров, грязными, тёмными языками карабкаясь наверх, на помосты, подавляя своим числом. Аура воодушевления пришлась как никогда к месту.

Даже меня окатило прохладной, приятной волной, приглушая часть тревоги и ободряя. Поэтому следующую фразу я и проорал уверенней:

— А теперь ауру защиты! Ну! Я верю в вас! Мы все верим в вас!

Позади принялись ругаться, и я их отлично понимал. Сердце не успело стукнуть в груди и пяти раз, а реольцы, те, что забрались на помосты, вскинули луки.

Я выдохнул и выплеснул из себя тьму. Ту, что пелена, ту, что защищает от стрел. Потянул её в стороны, пытаясь прикрыть всех своих людей, растягивая её так, как никогда ещё не растягивал.

Через миг с луков реольцев сорвались стрелы. Я не успел даже вдохнуть, а они уже долетели до нас и ударили в мою пелену, слишком маленькую, слишком тонкую.

Меня качнуло. Раньше я как-то не задумывался, сколько нужно жара души для этой способности рода Оскуридо, сейчас получил наглядный ответ — много.

Словно этого было мало, заговорил Ограк:

— Господин, уходя в защиту, вы проигрываете. Вот-вот до вас доберутся солдаты реольцев и их идары. Кем вы будете их встречать? Убрать назад сильнейших идаров младшей крови тоже ошибка. Они полезнее впереди.

Я выругался:

— Да чтоб тебя Безымянный к себе прибрал!

Ожёг ненавидящим взглядом Ограка, который что-то запоздал с советом.