Кровавая вира

Понимая, что в таком деле информация лишней не будет, Елисей подробно, со всеми деталями рассказал ему всю историю их знакомства и во что оно вылилось. Внимательно выслушав зятя, князь Дато удивленно покрутил головой и, разведя руками, проворчал:

– Всегда знал, что ты себе приключения на ровном месте найти можешь, но не думал, что ты еще и жену так же добудешь. А за жену Никиты не думай. Правильно он сказал, дура баба. Завтра сам с царем говорить буду, расскажу, пусть тоже посмеется.

– А что тут смешного? – не понял Елисей.

– Смешно, как придворные индюки пытались настоящего пластуна напугать, – фыркнул князь. – А что свет не хочет тебя за своего считать, так им же хуже. Поверь, я знаю. Я там много лет был. Семья Буачидзе не простая семья. Мы копейки никогда не считали. Эту свадьбу вся столица помнить будет. Жалко, что я две свадьбы тут справить не смогу. Тогда они бы у меня лет десять вспоминали, как Буачидзе сыновей женил.

– Мне и Тифлиса хватит, – отмахнулся Елисей, пряча усмешку.

– Ай, дорогой, Тифлис твою свадьбу не десять, двадцать лет помнить будет. А за деньги не думай. Я для сыновей ничего не пожалею.

– Отец, денег у меня на три свадьбы хватит, – рассмеялся парень. – Сам знаешь, я тоже не с хлеба на квас перебиваюсь.

– Зачем обижаешь, сынок? Что я, князь Буачидзе, не могу сына женить? – возмутился Дато, и Елисей понял, что спор тут неуместен. Грузин уже закусил удила и не уступит, пока своего не добьется.

– Да разве ж я спорю, отец? – быстренько вывернулся он. – Просто хочу, чтобы ты знал, что и сам готов настоящий праздник устроить.

– Твое время тоже придет, сынок, – отмахнулся князь. – Бог даст, еще и моему Ильико поможешь для его детей правильные свадьбы устроить, – добавил он, приметив входящего сына.

– Кого еще вы тут уже женить собрались? – спросил княжич, усаживаясь за стол.

– Слушай меня внимательно, Ильико, – не приняв его шутки, очень серьезно ответил князь. – Ты решил империи служить. Я не спорил. Тебе это интересно, значит, пусть так и будет. Но у семьи еще и на Кавказе дела есть, и вести их ты отсюда не сможешь. Потому я так решил. Завещание написал. Все, чем семья Буачидзе владеет, к его сыну после моей смерти переходит, – тут князь Дато пальцем указал на Елисея. – Елисей же станет дела вести и с тех доходов и сам жить станет, и тебе помогать. Я так решил. Не нравится, возвращайся в Тифлис и принимай дела сам. Что скажешь?

– Я согласен, отец, – весело улыбнулся Ильико.

– А-э, – только и сумел растерянно проблеять Елисей, услышав такой ответ княжича.

– Чего э? – повернулся к нему Ильико. – Я тут три года жил, квартиру снимал. Все никак руки не доходили серьезно домом озаботиться. А ты приехал и за неделю все сделал.