Кровавая вира

Утром встал и в седло. Только по нужде слезает. Даже есть в седле пытался. Еще палку с собой взял, кричит: деда, сяська. Это он шашку так называет.

Лицо князя во время рассказа светилось гордостью и удовольствием за успехи внука. Слушая его, Елисей так и видел все проказы отпрыска. В себя парень пришел, когда князь, закончив, попросил:

– Елисей, пусть он еще у меня поживет. Хорошо ему там. Весело.

– Слуги от него уже, небось, плачут, – хмыкнул Елисей, лихорадочно проигрывая про себя варианты ответа.

– Пусть лучше от него плачут, чем от моего гнева, – фыркнул князь. – Так что скажешь, сынок?

– Конечно. Пусть остается, – вздохнул Елисей с грустной улыбкой. – Все равно у меня еще много дел будет, когда вернусь.

– Ай хорошо! Ай, правильно решил, – взревел пьяным медведем князь, наливая в бокал вина.

Ильико, на правах хозяина, выскочил из комнаты, чтобы проверить кое-что. Князь Дато, глотнув вина, отставил бокал в сторону и, посмотрев на парня совершенно трезвым взглядом, тихо спросил:

– Ты уже сделал, что хотел?

– Да, отец. Я все сделал, – твердо ответил Елисей, отвечая ему таким же твердым взглядом.

– Значит, те, кто виноват в смерти Нино…

– Их больше нет.

– Спасибо, сынок, – еле слышно произнес князь, прикрывая блеснувшие глаза. – Недаром я сказал. Господь забрал дочь, но дал еще одного сына.

– Даст бог, у тебя скоро две дочери будет, – загадочно усмехнулся Елисей.

– Ты про что? – насторожился Дато.

– Про твоих будущих невесток. Сначала Ильико, а потом и я женюсь.

– Вай мэ, почему сразу не написал?! – подскочил князь. – Кто она? Чья дочь?

– Младшая дочь князя Тарханова, Наталья.

– Ай молодец! Хорошая семья. Никиту я давно знаю. Завтра во дворец поеду, сам с ним там поговорю. А Татьяна, Лопухина дочка, я правильно понял?

– Да.

– Хорошо. Молодцы, мальчики. Из хороших семей невест нашли.

– Отец, я тебя просить хотел, – смущенно начал Елисей.

– Скажи, сынок, что сделать? – тут же подобрался Дато.

– Ты же знаешь, я сирота. А на венчании и вообще перед свадьбой все разговоры должен старший в доме вести. Вот я и хочу попросить, чтобы с князем ты еще сам поговорил. Мы с ним все вроде решили, но, думаю, так правильно будет, – несколько сумбурно пояснил парень."

"– Для меня это честью будет, сынок, – поднявшись, ответил князь и, дождавшись, когда встанет Елисей, обнял его. – Перед Богом сказал, и перед людьми скажу, ты мой сын. Не беспокойся. Все хорошо будет. Отдаст Никито дочку. Или сам ее для тебя украду.

– Он уже слово дал, так что красть не придется, – рассмеялся Елисей. – Но сам понимаешь, с таким человеком должен говорить человек его положения.

– Все правильно сказал, сынок. Только расскажи, как получилось, что ты сам стал ее руки просить? – садясь на место, поинтересовался князь.