Кровавая плаха

Какой-то прощелыга с багровым носом протянул студенту кольцо:

— Купи, барин! Золотое.

— Оно с золотом и рядом не лежало. — Но вдруг решил: — Хорошо, могу стакан налить.

Прощелыга согласно мотнул головой. Сделка состоялась. «Сегодня эта железяка мне сгодится!» — решил студент.

Извозчика он не стал нанимать: «Лишний свидетель не нужен!» Не спеша побрел через Сретенку и Охотный ряд. Только теперь, изрядно выпив водки, он окончательно решился на свой страшный поступок.

На Верхней Кисловке и во дворе дома Шелягина было пустынно.

Попов удивился, увидев студента:

— Какой приятный сюрприз! Милости прошу, господин Григорьев. Простите, я в халате. Чаю не хотите? Тогда угощу пивом. И селедочка отличная — «залом» астраханский.

Данилов снял дорогое, из английского плотного сукна, на шелковой подкладке пальто. Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. «Где Мария?» — лихорадочно думал студент.

Словно уловив его мысль, Попов ответил:

— Машенька пошла в аптеку — за содой. Изжога у нее…

Прошли в кабинет Попова. Поговорили о разных пустяках. Хозяин разлил пиво в два стакана. Студент достал колечко, купленное только что в трактире:

— Вот, посмотрите! Хотел бы получить за него что-нибудь…

Попов отставил стакан с пивом, близоруко поднес кольцо к глазам. В его пальцах дымилась сигара. Студент зашел сзади, быстро вынул из кармана сюртука нож, коротко взмахнул и с силой, надавливая, вогнал его в шею ростовщика. Со скоростью молнии в сознании мелькнула самодовольная мысль: «Какой прекрасный точный удар!»

Горячая струя крови обожгла руки студента. Попов повалился назад, рухнув со стула. Кольцо звякнуло и покатилось под стол. Студент плюхнулся перед телом на колени и в полном исступлении продолжал наносить Попову удары в неприкрытые халатом шею и грудь.

Внизу громко и требовательно звякнул колокольчик.

Убийца вскочил на ноги. Руки, лицо, одежда — все было густо перемазано кровью. «Мария вернулась! — лихорадочно соображал студент. — Что делать? Только бы не испугать ее, заманить в дом…»

Он вновь склонился к убитому, оттянул подол халата и об него вытер себе руки и лицо. Внизу вновь загремел колокольчик.

Студент поднял с пола кинжал, обернув в чистый кусок халата, быстрыми движениями стал очищать от крови. Вдруг от неловкого движения кинжал сорвался, пропорол толстую ткань халата и оставил на ладони студента два глубоких разреза. Тут же обильно полилась из ладони кровь.

— Вот черт! — застонал убийца. — Теперь я погиб, как объясню такую рану! Надо чем-то перевязать. Скорее, скорее! А то эта трясогузка побежит к соседям…

Он вспомнил про фуляр, который лежал в сюртучном кармане, достал его и кое-как перевязал руку.