Пламя и кровь. Кровь драконов

Началось всё, как мы уже говорили, с Вейегона и Дейеллы. Принц был старше сестры всего на год, в раннем детстве они хорошо ладили, и казалось вполне естественным, что с годами они поженятся. Свадьба Бейелона с Алиссой, ставших уже неразлучными, намечалась в ближайшем будущем, а там, глядишь, и до новой недалеко. «Люби свою сестричку, – говорил Джейехерис пятилетнему Вейегону, – когда-нибудь она станет твоей Алисанной».

Но дети росли, и матери становилось все яснее, что они не такая уж хорошая пара. Вейегон не питал к сестре нежных чувств и никогда не искал ее общества, а Дейелла даже побаивалась угрюмого брата, которому книги нравились куда больше, чем игры. Он находил ее глупой, она его злым. «Они еще дети, – успокаивал Джейехерис Алисанну, когда она говорила ему об этом, – со временем они полюбят друг друга». Со временем, однако, их взаимная неприязнь лишь усилилась.

Это сделалось особенно явным в 73 году, когда Вейегону сравнялось десять, а Дейелле девять. Новая фрейлина королевы спросила принца в шутку, когда же будет их свадьба, и Вейегон, вздрогнув как от пощечины, заявил в присутствии половины двора: «Я на ней не женюсь! Она и читать-то едва умеет. Пусть найдет себе лорда, который хочет детей, – больше он от нее ничего не дождется».

Дейелла, как следовало ожидать, залилась слезами и выбежала вон, королева за ней. Тринадцатилетняя Алисса вылила Вейегону на голову кувшин вина, чтобы привести его в разум, но он сказал лишь: «Зря потратила борское золотое» – и пошел переодеваться.

Немудрено, что родители после этого решили подыскать Вейегону другую невесту. Первым делом подумали о младших принцессах – шестилетней Сейере и двухлетней Визерре, – но королева сказала: «Вейегон на них и не смотрит; по-моему, он не знает даже, что они есть на свете. Вот если бы какой-нибудь мейстер написал о них в книге…»

«Завтра же прикажу великому мейстеру этим заняться, – пошутил Джейехерис и добавил: – Ему всего десять. Девочек он не замечает, как и они его, но это скоро изменится. Он довольно пригож и к тому же принц, третий по очереди наследник Железного Трона. Вскоре девушки начнут порхать вокруг него мотыльками и краснеть, если он удостоит их взглядом».

Королеву это не убедило. «Пригожим» длиннолицый и с детства сутулый Вейегон считаться никак не мог, хотя природа одарила его таргариеновскими глазами и волосами. Губы он поджимал так, будто только что лимон съел; королева, как подобает матери, прощала ему внешние недостатки, но видела его при этом насквозь.

«Страшит меня судьба мотыльков, которым вздумается порхать вокруг Вейегона: как бы он не прихлопнул их увесистым фолиантом».

«Он и впрямь слишком много времени проводит в библиотеке, – согласился король, – но это дело поправимое.