Королевская кровь 6

Макс снова сел на кровать, задрал голову – и она ловко нанесла мазь. Пока он размазывал остатки под глазами, поставила горшок на пол, легла рядом на грязные доски – и, подтянув ткань своего одеяния до пояса, раздвинула ноги, глядя в потолок.

Макс никогда не был впечатлительным – и спокойно препарировал трупы, и исследовал язвы от редких болезней, да и ужасов за жизнь нагляделся – как и любой, связанный с медициной. И давно уж приобрел профессиональную циничность и хладнокровие. Но от этой тупой покорности и животного страха в глазах, от кровоподтеков и ссадин, покрывавших все тело, и запекшейся крови на бедрах – ему стало плохо.

- На кровать ляг, Венин, – сказал он как можно нейтральнее, протягивая руку, чтобы помочь встать.

Она с трудом приподнялась и ткнулась ему в руку губами.

Тротт выругался так зло, что она вздрогнула, отстранился. И ждал, пока женщина снимала свое тряпье и забиралась на кровать. Только тогда присел рядом на корточки, прощупал ребра с одной стороны, коснулся распухшего, лилового бока. Венин дернулась и тихо-тихо застонала.

- Потерпи немного, - он аккуратно прошелся по ребрам, стараясь не смотреть на плоскую грудь в синяках. – Тут, похоже, перелома нет, ңо трещина – точно. Убьют тебя здесь, - Макс зачерпнул из горшочка мазь. Женщина не отреагировала. И, правда, к чему сказал? Будто она сама этого не знает.

Смазал ей бок, лицо, поколебавшись, прикоснулся к бедрам. Она не шевелилась – но он все же убрал руку.

- Тебе нужно промыть, – Макс взял ее ладонь, положил на лобок. - Здесь. И обработать внутри. Встань, я сейчас дам тебе чистую ткань. Сделаешь сама, я не буду смотреть, – он поставил на кровать мазь. - Давай, не смотрю я, видишь? Закончишь – скажи мне.

И отвернулся к окну.

За спиной долгое время не слышно было ни шороха. Затем раздался скрип, осторожные шаги, плеск воды – долгий, рваный. Чавканье мази – и поспешные,испуганные движения, сопровождаемые нервным дыханием.

Его почти тошнило от своей «доброты». Помыться дал, синяки смазал. Герой.

- Погано тут у вас, - сказал он с внезапной откровенной тоской, глядя на грязную улицу, по которой двое мужиков тащили третьего,избитого. – Всего день здесь, а уже поперек горла ваша столица. Денег заработаю на дорогу и обратно пойду. Сил нет моих.

Сзади раздался стук. Он обернулся - Венин, как была, голая, стояла перед ним на коленях, схватившись за куртку, и что-то мычала.

- Боги, - выдохнул он, – ты что?

Пoднял ее, пачкая мазью куртку. Она хрипела, силилась что-то сказать.

- С-сы сыабооой, - прохрипела, она, наконец.