Королевская кровь. Книга 3

Черный смокинг на широких плечах, серебристый жилет, шелковый шейный платок, элегантно подвязанный под острый воротничок белоснежной рубашки и закрепленный булавкой, блестящие ботинки. И черная резная полумаска.

— Мне будут завидовать все женщины в зале, — сказала я, глядя на кареглазое совершенство. Совершенство молча рассматривало меня, и на секунду я засомневалась — все ли правильно я выбрала? Поправила юбку, прикоснулась пальцами к тяжелому серебряному колье на шее.

— А у меня для тебя подарок, — произнес Март задумчиво и протянул букетик нежных серебристых цветов с пушистыми длинными лепестками. — Эдельвейс. Я угадал, к платью подойдет. Превосходно, Марина. Такая лаконичность.

Он прошелся взглядом по моим обнаженным плечам, вынул из букета один цветок.

— Позволишь?

Я кивнула, настороженно глядя на него.

— Что? — рассмеялся блакориец, после того, как приколол эдельвейс к лифу моего платья и поднял глаза.

— Ты слишком серьезный, — призналась я.

— Я ошеломлен и раздавлен, — шутливо парировал он, и я с облегчением вздохнула — вот же он, мой Мартин. — Поспешим, Ваше Высочество, тебе еще собирать сотни разбитых сердец.

«Сотни? Тебе достаточно одного. Но чтобы вдребезги.»

— Обалдеть.

Я задрала голову и посмотрела на гигантский погодный купол, закрывающий дворец Инландеров и большую часть парка за ним. Он был невероятен, думаю, под ним легко поместился бы такой городок, как Орешник. Внутри было сухо и тепло, будто на улице была не поздняя осень, а жаркий летний вечер — наверняка работали погодники.

— Теперь я понимаю, почему бал называют серебряным, — я глядела на подсвеченные фонарями прозрачные струйки осенней лаунвайтской мороси, стекающие по внешней стороне купола. Свет, льющийся снизу, делал потоки воды переливающимися, серебристыми. Словно мы шли под огромным круглым водопадом. Со стороны города, наверное, смотрится совершенно нереально. — Сколько же сил нужно, чтобы его поддерживать?"

"Мартин вел меня ко дворцу по широкой дорожке парка, а я все разглядывала окружающее и не могла прекратить вертеть головой. Везде свет, много света. Деревья с желтой и красной листвой — Лаунвайт находился куда южнее Иоаннесбурга, и осень здесь была затяжная — укрытые прозрачной кружевной паутинкой. Резные фонарики на ветвях деревьев, над беседками, оплетенными плющом, мерцающие синим, если внутри кто-то есть. Лениво парящие над круглыми прудами разноцветные огоньки. Маленькие камешки, выложенные вдоль дорожек и испускающие тонкие столбы белого света, создающие на куполе затейливый рисунок — будто в небесах парила неровная снежинка с лучами, бегущими к центру — дворцу.