Королевская кровь. Книга 3

Мариан улыбнулся, и она засмеялась.

— Меня не слушаются даже собаки.

— Ты здесь главная, — напомнил он, вставая. Псы остались сидеть. — Ты тоном должна показать, что ты главная. Тогда будут слышать и люди, и собаки. Мягкостью управлять нельзя, Василек.

Няня сделала вид, что ничего не слышит, наклонилась, чтобы подобрать кольцо для прорезывания зубов. Старушка поначалу побаивалась мужа своей воспитанницы, считала его слишком суровым и тяжелым человеком для девочки, любящей печь пироги и читать любовную поэзию. Но за этот месяц она изменила свое мнение. Да, он подавлял окружающих, и в семье он был главным, но при этом ловил каждое слово ее Васеньки, был всегда рядом и выполнял все ее просьбы.

— Представь, что ты сидишь в повозке, запряженной понесшими лошадьми, — объяснял Байдек, — нельзя их уговаривать — не послушаются, нельзя кричать в панике — испугаются еще больше. Нужно взять поводья твердой рукой, потянуть на себя, не дергая, и громко, жестко сказать «Стоять»!

Щенки вскочили, завиляли хвостами. Василина улыбнулась, с обожанием глядя на мужа.

— Ко мне! — попробовала она снова. Псы не отреагировали.

— У тебя обязательно получится, — пообещал муж, целуя ее в лоб. — Все задатки есть. И у вас получится, Дарина Станиславовна. А я все, от меня зависящее, сделаю.

Марина, средаС Катькой Симоновой мы теперь встречались по средам, о чем было торжественно доложено моей старшей сестре, отцу, Мариану и господину Тандаджи. Клянусь, меня и в детстве так не контролировали. Иногда мне кажется, что я скоро должна буду сообщать о марках духов, которыми пользуюсь, и то, какой пастой я чищу зубы.

Хотя, уверена, сотрудники госбезопасности и так это знают.

В чем отличие принцессы от обычной девушки? Если горожанка хочет встретиться с подругами, она просто звонит им или заглядывает после работы. Если принцесса идет на встречу с подругой, то это превращается в событие государственного масштаба и девичьи посиделки становятся пыткой для полутора десятков человек. В холле скучают и упиваются чаем пара охранников, еще несколько, уверена, подглядывают с помощью биноклей в окна, руководитель охраны, ответственный за безопасность принцессы, утирает пот со лба и мысленно материт Ее Высочество, выслушивая донесения типа «она съела шоколадное пирожное, начальник», «девушки смеются и обсуждают модели нижнего белья, капитан».

И над всем этим парит зловещая фигура полковника Тандаджи, который, судя по его взгляду, предпочел бы запереть меня с сестрами в одиночных камерах и кормить только пюреобразными блюдами — чтобы Высочества, не дай Боги, не подавились. На этот взгляд я имела удовольствие полюбоваться после работы, когда зашла в Зеленое Крыло решить очередной государственный вопрос.