Королевская кровь. Книга 3

Тревожным перебором вступил пианист, отчаянно пытаясь нагнать ускользающий мир, и заполняющая все окружающее пространство мелодия возносилась все выше и громче, оглушая, сбивая дыхание, ускоряясь, пока не оборвалась внезапно… и не началась заново, торжественно, светло, почти радостно, маршем уходящих за грань, последним их «спасибо» этому миру.

Когда наступила тишина и зажегся свет, люди стали тяжело опускаться в кресла. Люк никогда не был сентиментальным, но и его проняло. Наверное, тем, что этот марш мог быть и в его честь.

Королева стояла с покрасневшими глазами и это не было наигранным, Байдек аккуратно прикоснулся к ней, что-то сказал тихо, и она благодарно кивнула.

— Спасибо, — произнесла она чуть хрипло. — Время для памяти. Первыми мы вручим награды родным погибших героев.

— Для вручения награды приглашается мать рядового Стрижина! — зычно объявил церемониймейстер.

Люка отпускало. Ее Величество что-то говорила выцветшей и очень усталой пожилой женщине, взяла ее руку, поднесла к губам и поцеловала — по похоронному обычаю, в знак смирения и ничтожности всего остального перед ее горем. Так было всегда, если дети уходили раньше родителей — провожающие в последний путь целовали руки матери, кланялись отцу. Королева вложила в ладонь Стрижиной раскрытую коробочку с посмертной наградой сыну. Вся королевская семья склонила головы.

Церемония продолжалась. Принцессы сидели в креслах в своей ложе, королевская чета вручала награды. Награждали гвардейцев, присутствующих в зале на Дне Рождения королевы, и для каждого у королевы находилось несколько ласковых слов. Награждали бойцов спецназа за неведомую операцию, ордена вручала спустившаяся с ложи принцесса Полина; Люк повернулся к Тандаджи, чтобы задать вопрос — за какое дело, и тот, почти не разжимая губ, буркнул:

— Секретно.

Кембритч понимающе хмыкнул.

— Полковник Игорь Иванович Стрелковский и капитан Люджина Дробжек! — торжественно провозгласил церемониймейстер.

Стрелковский встал, взялся за ручки коляски, в которой сидела его помощница, и вывез ее к трону. Четвертая Рудлог спустилась к ним, приколола награды, поинтересовалась самочувствием Люджины, тихо произнесла «спасибо» и пожелала ей скорейшего выздоровления.

— Полковник, — заговорила Василина и Игорь поднял на нее взгляд, — это не все. Мы разбирали проекты указов моей матери. И сейчас я выполняю ее волю. За многолетнюю верную службу короне вам присваивается графский титул и отдается в наследуемое владение земля имения Рыбацкое, севернее Иоаннесбурга. Владейте и процветайте, граф Стрелковский.

Люк перевел глаза на Марину — и она за один удар сердца царапнула его прямым взглядом светло-голубых глаз, и тут же отвернулась, напрягшись, чуть дернув губами.