Изгой. Кровь и пламя

– Ждите! – приказал я, легко увидев пульсирующий в телах немых воинов яркий огонь жизненной силы.

Я бы мог легко выпить этот огонь, возникни у меня такое странное и такое голодное желание…

Занг! Занг!

На миг у меня возникло желания убрать щит и принять арбалетный болт своей грудью. Затем вытащить его, сломать, спрыгнуть в пропасть, найти стрелка, попавшего в меня, и медленно оторвать наглому ублюдку его верещащую от ужаса голову….

Проклятье… вновь эти словно бы чужие мысли зазвучали у меня в голове…

Стоя на вершине, высясь над ущельем, с легкостью отбивающий чужие стрелы, я сам себе казался духом одинокой гранитной скалы, взбешенным вторжением чужаков. А вот и мое ужасное возмездие, вам, твари…

– Давай! – выдыхаю я, и сразу десяток воинов одновременно бросается вперед, рядом бежит гном.

Миг… еще один миг… тяжкий и страшный хруст раздается от края обрыва, где на выступающий вверх громаднейший камень навалились хрипящие от натуги воины.

Миг…

И немыслимо дикий грохот заглушает все звуки без исключения. Часть скалы словно испаряется, мгновенно исчезнув за обрывом. Прекращаются и выстрелы в мою сторону, воздух не рвет больше ни единой стрелы.

А над ущельем вспухают два облака…

Первое видят все – огромное облако взлетевшей каменной пыли не заметит только слепой.

Второе… дрожащее багровое марево с тонкими ярко-красными прожилками… будто туманное видение отличнейшей мясной вырезки зависло в воздухе… это облако, наверное, вижу только я.

Нет…

Не только я…

Вон и отец Флатис внимательно провожает медленно вздымающееся вверх багровое зарево взглядом и делает какие-то пассы, от чего дрожащая в воздухе жизненная сила раздавленных врагов начинает подниматься и рассеиваться еще быстрее. Что же ты делаешь, старик? Ведь это СИЛА…. Это ЕДА… а ты прогоняешь ее прочь…

Резко встряхнув головой, я вслушался, и мои губы скривились в радостной усмешке.

Вой.

Крики.

Стоны.

Плачи.

Целая какофония доносилась со дна ущелья. Убило не всех. Чудовищная масса камней не смогла накрыть всех посланных на штурм врагов. Некоторым посчастливилось выжить – но их посекло гранитными осколками. Вот они и воют, плачут, скулят и хныкают… сейчас мы вам поможем, твари. Мы облегчим вашу участь…

– Давай! – повторяю я, и вперед шагают только два воина и один гном.

Воины упираются плечами в большой и бугристый каменный шар высотой в человеческий рост. Гном лишь прикладывает ладони. Легкий, казалось бы, толчок – и огромная каменюга срывается с обрыва, уносясь ко дну ущелья.

Д-д-д-дах!

Раскатистый треск. А затем еще больше звонкого и множественного треска – мелкие камни с силой колотят по гранитным стенам ущелья. Сквозь треск слышны крики и глухие шлепки – когда осколок находит свою цель и ударяет по живому телу.