Кровь и чернила

Остальные люди из списка успели покинуть столицу или затаиться. Одежда молодого человека топорщилась от засохшей кровь и больше напоминала рубище, сколько на ней было дыр.

Сам молодой человек, опьяневший от крови, довольно улыбался. Жизнь казалась ему полной смысла и света.

Топор, окончательно испорченный, весь в зазубринах и с расколотой ручкой, лежал рядом. И кажется, тоже слегка светился.

Карета осталась во внутреннем дворе конюшни. Так и не повстречав ни одного человека Гринривер прошел в своей номер и рухнул на постель, бездумно глядя в потолок.

Через час молодой человек поднялся на ноги, с отвращением сорвал с себя остатки одежды и направился в ванную комнату, очень не сразу обратив внимание на визитера.

— Сэр Кристофер, вы желаете взять на себя обязанности покойного Салеха? Обычно он так давил мне на нервы. — Своего визитера молодой человек не стеснялся и полез под душ, не скрывая наготы.

— О, прошу меня извинить за некоторую фамильярность. — Герцог зазвенел бутылками и зашуршал оберточной бумагой. — Просто нам надо поговорить. Срочно. Пока до вас не добрались дознаватели.

— Думаю, никто не будет торопиться. У меня пять заговоров! Пять! Сейчас они сочетаются в противоестественно любви со своим начальством. Так что про меня обязательно вспомнят. Но не этой ночью. — Насмешливо ответил герой всей столичной и государственной прессы. — Так что я еще успею навестить фрейлин.

— Молодости свойственна пылкость. — хмыкнул сэр Кристофер, разливая вино.

— Да, кстати, должен вас поблагодарить. Ваш совет оказался удивительно действенным. Верите, нет, я уже не переживаю по поводу гибели ценного сотрудника! — Кровь, смываемая с кожи, продолжая красить воду алым.

— О, да, раны душевный можно залить вином. Или кровью. Но совет не для всех. Но пришел я не только за тем, чтобы выразить вам свое почтение. Я ценю решительных людей, способных обуздать своих демонов. — Герцог уселся в кресло, аккурат на то место где неделю назад сидел Рей Салех.

— Сэр Кристофер, хватит мироточить медом. Говорите, что вам нужно. Признаться, меня настораживает ваша лесть. — Ричард в мягком халате вышел из ванной комнаты и взял бокал с вином. Мокрые волосы были зачёсаны назад, обнажая высокий лоб молодого волшебника.

Герцог вытащил из кармана крохотную, в пол пальца высотой, пирамидку и нажал на одну из граней. Раздался тихий щелчок и на стенах слабо мелькнуло что-то напоминающее мыльную пленку.

— Это артефакт ложной речи. Сейчас он демонстрирует всем наблюдателям как мы с вами треплемся о женщинах, а вы посвящаете меня в подробности вашего кровавого похода.

— Интригуете. А о чем мы будем говорить на самом деле? — Ричард все еще пребывал умиротворенном состоянии духа.

— О том, как вас используют.