Кровь и чернила

Ричард? — Вопрос был настолько будничным, что и не поймешь, о чем речь.

— А вы как-то можете подтвердить свои слова? Как насчет клятвы?

— Боюсь, первостихии глухи к моим воззваниям. — Старик тяжело вздохнул.

— И свет его отверг, и тьма не приняла. И имя забылось в веках. — Ричард процитировал современного поэта. Декаданс прочно владел умами аристократии, так что у сильных мира всего был набор подходящих цитат на любой случай жизни. — А как вас вообще взяли в священники?

— Долгая история… — Старик тяжело вдохнул. — Но я единственный кто продержался на этой должности больше года. Мой предшественник умер от передозировки морфием в компании сразу шести куртизанок.

— Блеееееск! — Уважительно протянули приятели. Хором.

— Я тоже так подумал. — Священник снова вздохнул. — Но здешние развлечения показались мне излишне… примитивными. К тому же я стар. Молодые люди, может, все же примите решение? У меня, признаться, еще были запланированы на сегодня дела.

— А у дедушки здоровенные яйца, да, Ричард? — Рей уважительно хмыкнул.

— Это не смелость. Это старость. — Поправил громилу священник.

— Есть способ хоть как-то проверить ваши слова? — Лицо молодого человека выражало серьезную работу мысли.

— У меня есть гриммуар. Правда, он относится к истинным гриммуарам, и за владением им могут сжечь на костре…

— Костром больше, костром меньше… — Гринривер пожал плечами. — Вы случаем не бессмертны?

— Ну тогда не переживайте. И где он хранится?

— Да тут, в одной из ниш. Позволите?

— Да, без проблем. Если что, мистер Салех успеет вас убить. — Гринривер проявил вежливость.

— Я не больно, честное слово. — Рей отпустил священника, и расправил на том расшитую мантию служителя света.

— Вот, любуйтесь. — Сквотч вынес толстую книгу.

— Заветы света? Но это же священная книга… — Рей удивленно хмыкнул

— А вы чего ожидали? Человеческой кожи и знаков кровью? Амерос сотус!

Книга неуловимо изменилась.

— Кстати, при этом она вполне себе священная реликвия света. — Пояснил свои действия Сквотч, перелистывая страницы.

— Я одного не понимаю. — Ричард, кажется, смирился с полным сюрреализмом истории. — Почему вы нам открылись? Это даже не ересь… Это…

— Богохультсво, осквернение свщенного места, и еще два десятка пунктов нарушения пакта веры. Все правильно.

— А вы не думали, почему я вообще стал священником? — Старик встретился вгзлядом с Ричардом и улыбнулся.

— Ни единой мысли. Что вам мешало заняться демонологией официально?

— Ничего. Как ничего не мешает и сейчас. Просто я вижу в сердцах человеческих. И вот сейчас я вижу двух циничный уродов, которые ради своей цели хоть демона поцелуют, хоть человека зарежут.

— Мы люди чести, не забывайтесь — Холодно ответил графеныш.

— А одно другому не мешает.