Кротовский, может, хватит?

— И почему только в Индию, мистер Кротовский… не забывайте про Китай и Персию.

— Русский император тебе не спустит этого с рук.

— И что он сделает? — Спайдер радостно рассмеялся, — Это ваша знаменитая русская черта. Что имеем, не храним. Вы, русские, слишком небрежны к собственным богатствам.

— Тогда я сам тебя достану, Спайдер.

Мы выехали за город. Настасья гонит мотоцикл по грунтовке, ведущей в Кустовой. Других дорог из Кречевска все равно нет. И сомнений у меня нет. Чарли именно туда и едет.

— Не надо жадничать, мистер Кротовский. Это была честная сделка.

— Какая еще сделка? Что ты лепишь?

— Я отдал вам Кречевск. Он ваш, мистер Кротовский. Взамен я получил печатницу. По-моему неплохой размен, а?

— Говно, твой размен, Чарли.

— Да ладно, Кротовский, умейте проигрывать. Эта партия осталась за мной. Впрочем, шансов у вас не было. Я просчитал все ваши шаги. Даже про вашего агента я знал. При всех талантах баронессы… увы… разыгрывать из себя простушку-посудомойку…

Черт, он даже про Еву знает. Грамотно работает Чарли Спайдер, умело раскинул свои сети… и как только Белкина появилась в Кречевске, сразу ее сцапал…

— А твой агент, Крысючиха, да Чарли? — озвучиваю внезапную догадку и попадаю в точку.

— Так себе она агент, — недовольно отозвался англичанин, видимо, неприятно ему, что сам же навел меня на мысль, — И это уже ничего не изменит. Повторяю, гнаться за мной бесполезно. Мне известны технические характеристики мотоцикла. Он не вытянет погони.

— Да? Ты никак занервничал, Чарли? Я тебе еще подкину небольшой повод для беспокойства. Над этим ливерпульским мотоциклом немного поколдовали два толковых русских инженера.

Спайдер отключил трубу, и попытки ему перезвонить ни к чему не привели. Это, конечно, хорошо, что он занервничал, только мотоцикл и в самом деле тяжело переносит затяжную гонку. Нам не удалось нагнать английскую машину ни через час, ни через два.

Настасьин железный конь начал чихать и сбоить. Один раз нам пришлось остановиться у ручья, чтобы долить воды в радиатор. Наступил вечер, а за вечером опустилась ночь. Желтый свет фары едва выхватывал ухабистую дорогу, видимо ее сильно залепило пылью и мошкарой.

— Вон он, Кротовский, — крикнула Настасья через плечо.

— Там целых две машины.

— Три, — поправила Настя, — На трех машинах едут.

— Поднажми, Настасья. Немного осталось…

В этот миг резина на переднем колесе мотоцикла разлелетелась с громким хлопком. Настя едва смогла удержать его от опрокидывания и остановилась.

— Черт, колесо пробило… смотри, Кротовский. Они накидали железных колючек на дорогу… запаски у меня нет… что теперь делать?

Пожимаю плечами и устало присаживаюсь на обочину. Теперь уже ничего не сделать. Пешком нам их не догнать.

— Время почти полночь, Настя.