Кромешник и его светлое чудо

Нириус в своем пальто долго потел, а потом зло выругался и вышвырнул его в кусты.

Среди хвойных деревьев все чаще стали попадаться дубы и клены с красной листвой.

Один раз нам попался большущий цветок оранжевого цвета. Красивое, ароматное растение. Когда Нир проходил мимо, меж лепестков выскользнули тонкие черные щупальца и попытались схватить за руку.

Пока мой бывший помощник верещал, Вирекс молча испепелил растительного хищника.

Нириус дальше шел, тревожно оглядываясь и шарахаясь при малейшем шорохе.

Время от времени я видела среди деревьев мужчин в темной одежде. Они шли, бдительно осматриваясь по сторонам, готовые стрелять из арбалетов. Острое зрение позволило рассмотреть черные стрелы. Те самые артефактные стрелы, которые могли на время отвлечь кромешника.

— Еще долго? — устало спросил Нириус и тряхнул головой, убирая челку с глаз. — Ног не чувствую.

— Почти на месте, — отстраненно ответил Вирекс.

Очередное скопление краснолистых кленов среди хвойных деревьев — и мы вновь вышли к горе.

Я ахнула:

— Храм Тьмы!

Это был именно он. Все, как рассказывала сестра.

Вырубленное прямо в горе, потрясающее сооружение с террасами, колоннами, арками...  Темно-серые стены покрывали узоры и зеленые лианы. Это была только видимая часть. Как глубоки были туннели и колодцы, наверное, не знал и сам орден.

В душе забрезжила надежда повстречать кромешный патруль. Орден дежурил здесь постоянно. Понятно, лес большой, как и храмовый комплекс, мы могли пройти неподалеку, незамеченными. Но если хорошенько пошуметь…

Я набрала больше воздуха, открыла рот — и не издала ни звука.

— Тише, Филиппа, ты ведь не хочешь, чтобы нам помешали? — усмехнулся коварный гад.

Я хотела, чтобы нам помешали, очень хотела! Увы, ничего для этого сделать не могла.

Шли еще долго — Вирекса не интересовал храм. Едва заметная дорога привела к выщербленному ветрами барельефу: статные мужчина и женщина протягивали друг другу руки.

Приказав своим людям ждать нас, Вирекс вплотную подошел к изображению мужчины.

Рассматривал его недолго, но оно и понятно: из-за обилия пауков на одежде это было отвратительное зрелище.

— Я столько этого ждал... Пожелай мне удачи, Филиппа! — взбудоражено произнес король бандитов и принялся торопливо расстегивать пуговицы камзола, а затем и рубашки."

"Его действия вскоре получили объяснение: Вирекс прижался к барельефу обнаженной грудью, стараясь, чтобы его артефакт-паук соприкоснулся с членистоногим, изображенным на камне.

Получилось.

Несколько мгновений ничего не происходило — мужчина успел даже застегнуть пуговицы. Затем барельеф засветился. Покрылся рябью — и исчез.

Паук в груди Вирекса оказался ключом.