На крючке

- А твое полное имя Эндрю? - не самое блестящее направление разговора, но я любопытна.

Уголки его губ немного приподымаются.

- Неа. Я просто Дрю, - он говорит тихо, едва ли громче бормотания. - Маме не нравились прозвища. Она решила, что меня назовут именно так, как они с отцом хотят, чтобы меня звали. Так что я просто Дрю Бэйлор. Никакого второго имени.

- В некотором роде я люблю твою маму за это, - говорю я мягко.

Его глаза открываются и встречаются с моими. В них все еще плещется боль, но также там скрывается тепло, замечая которое, я краснею.

- Она бы тоже тебя полюбила.

Нет, она бы не полюбила меня. Какой бы матери понравилась девушка, которая общается с ее бесценным сыночком лишь ради секса? Никакой. Я прижимаю ладони к его щекам, фактически закрывая Дрю обзор, а затем провожу большими пальцами по крыльям его носа и щекам, глубоко нажимая.

- Христос, - выдыхает Дрю, - как же это приятно.

- Знаю, - я немного улыбаюсь.

- А что на счет тебя? - спрашивает он. - У тебя есть второе имя?

- Мари, - я глажу вдоль его челюсти. Мышцы здесь такие напряженные.

- Анна Мари, - произносит он нараспев. - Мне нравится.

Дрю замолкает, и я начинаю мурлыкать, не песню правда, просто мелодию, чтобы заполнить тишину. Он вздыхает, и его тело сильнее расслабляется от моих прикосновений.

- Когда твой день рождения, Анна Мари?

- Ты хочешь, чтобы я начала сожалеть о том, что сказала тебе свое второе имя?

Его улыбка неуверенная, будто парень снова испытывает прилив боли.

- Просто ответь на вопрос."

"- Зачем, - я запускаю руку в его волосы на затылке, нащупывая основание черепа. Его мышцы в этом месте такие тугие, что мои пальцы едва ли могут вжаться в его плоть. - Собираешься вручить мне подарок?

- Ты так об этом говоришь... О, боже, это место... - его брови сходятся в гримасе. - Боже, сделай это еще раз, Джонс.

Жар разливается по моей коже, но я подчиняюсь. Он дрожит, а его длинное тело дергается, словно это прикосновение освобождает Дрю от боли.

- Ты так об этом говоришь, - повторят он, возвращаясь к теме подарков, - что теперь я в некотором роде обязан сделать тебе подарок, верно?

- Не напрягайся, - бормочу я, пробегая пальцами вдоль его скулы, прежде чем ответить. - Ты меня этим нервируешь, Бэйлор. Скажи тогда, когда твой день рождения?

Дрю испускает вздохи и стоны, словно я нашла те точки, которые мучали его все это время. Он полностью расслаблен, лежа здесь на диване. Я касалась почти всего его прекрасного тела, и все же прикасаться к Дрю, чтобы облегчить его боль - это удовольствие, на которое я никогда не рассчитывала.

Его голос почти что сонный.

- Девятнадцатое ноября.

Я останавливаюсь.

- Это неправда.

Он открывает один глаз.

- Зачем мне лгать? - оба глаза открываются и смотрят на меня. - Когда твой?

Я прикусываю губу.

- Девятнадцатого ноября.