Старуха Кристи - отдыхает!

Я вошла в красиво обставленный холл и невольно подавила вздох. В таких квартирах я никогда не бывала.

Потолок, украшенный лепниной, парил тут примерно на высоте четырех метров, в центре его висела роскошная бронзовая люстра, тихо позвякивающая хрустальными подвесками. На полу лежал толстый ковер кремового цвета. Интересно, сколько времени тратит на его чистку хозяйка? Хотя у нее, наверное, имеется домработница.

И мебель просто шикарная. Я слегка оробела.

– Проходите в гостиную, – радушно предложила Вера.

Я заколебалась, идти предстояло по светлому ковру, занимавшему весь пол.

– Сейчас, только туфли сниму, – сказала я.

– Не надо, – махнула рукой Вера, – чего уж теперь о покрытиях беспокоиться, когда жизнь кончилась.

Я очень старательно вытерла ноги о половичок и двинулась за хозяйкой. Гостиная с розовой кожаной мебелью оказалась не менее роскошной, чем холл.

– Слушаю вас, – сказала Вера, опускаясь в одно из кресел, – мы, кажется, незнакомы.

– Я узнала о несчастье с Андреем Львовичем и пришла выразить вам соболезнование, – сообщила я, осторожно оживляя в кармане диктофон.

– Спасибо, – сказала Вера, – только я не знаю, кто вы.

– Таня Сергеева, Андрей Львович готовил мою дочь в институт, неужели он про нас ничего не рассказывал?

– Нет, – грустно ответила Вера, – муж всегда говорил: пришел домой, оставь службу за порогом. Семья – это семья, а работа работой. Я практически ничего не знаю о его учениках.

Внезапно мне стало весело, врать, оказывается, легко, а изображать из себя другого человека совсем просто.

– Мы очень сожалеем о несчастье, – бодро понеслась я дальше, – что же случилось с Андреем Львовичем?

– Сама не знаю, – ответила вдова и, вынув из кармана платок, промокнула глаза. – Он не пришел домой ночевать, я ужасно разволновалась и в полночь обратилась к дежурному по городу…

– Какая вы тревожная, – я вдохновенно корчила я из себя идиотку, – не явись мой супруг домой, просто выспалась бы спокойно, он в загул частенько пускается, мне не привыкать.

– Андрей был не такой, – воскликнула Вера, – образцовый семьянин, самый лучший муж на свете: нежный, заботливый, ласковый, хорошо зарабатывающий.

Каждую копейку нес в дом. Квартиру купили, машину, дачу построили, оделись, обулись, вот, думала, наконец заживем…

И она зашмыгала носом.

«К гробу багажник не приделаешь», – всплыло неожиданно у меня в мозгу.

– И что вышло, – продолжала Вера, – напали на него, измолотили всего, часы отобрали, портфель…

В этот момент прозвучал звонок.

– Извините, – сказала Вера, – люди все время идут с соболезнованиями, Андрей столько добрых дел сделал!

Звонок не умолкал, чья-то рука настойчиво жала на кнопку.

Вера вышла, воцарилась тишина, я принялась рассматривать гостиную.