Крик болотной птицы

Во-первых, потому, что разговор велся в присутствии переводчика и полковник не мог поручиться, что переводчик станет держать язык за зубами. Было не исключено, что этот переводчик — осведомитель каких-нибудь недоброжелателей полковника. А во-вторых, полковнику и без того было понятно, почему в данном случае нельзя посылать в лес немецких солдат. Разбойники это все же не партизаны. Воевать с разбойниками руками немецких солдат — это отчасти то же самое, что полковнику воевать с самим собой. Ведь как ни крути, а получается парадоксальная ситуация. Одной рукой полковник самолично выпустил в лес этих самых разбойников, а другой — пытается их уничтожить, послав на это дело солдат. А что, если разбойники окажутся ловчее и сами уничтожат солдат? И уж тогда-то полковнику точно несдобровать. Да, воистину парадоксальная ситуация. И смертельно опасная для полковника.

— Единственный выход — послать в лес отряд карателей из числа заключенных, — сказал Стариков и осторожно добавил: — Разумеется, решать вам, господин полковник.

— Вот как? — Полковник с подозрением посмотрел на Старикова. — Чтобы в окрестностях города появилась еще одна группа разбойников?

— Если мы учтем предыдущие ошибки, то все будет нормально, — заверил Стариков.

Он постепенно, исподволь двигался к намеченной цели. Это был скользкий, опасный путь — все равно что идти по ледяному обрыву. Даже еще опаснее. Малейшее неосторожное слово — и Стариков проиграет в этой схватке. Он свалится в пропасть, из которой нет возврата.

— Что вы предлагаете? — буркнул полковник.

Стариков ждал такого вопроса, и у него был на него готов ответ.

— Во-первых, — сказал он, — необходимо правильно объяснить нашим бойцам суть операции, в которой им предстоит участвовать. Объяснить тонко, мудро, с учетом всех возможных психологических тонкостей. Необходимо, чтобы бойцы осознали, что они действительно идут сражаться против бандитов, которые в некотором смысле еще хуже и опаснее, чем партизаны. Во-вторых, наших бойцов должно быть намного больше, чем разбойников, и при этом они должны быть вооружены гораздо лучше, чем разбойники. И в-третьих, — здесь Стариков сделал преднамеренную паузу, — я прошу вашего позволения отправиться в лес вместе с бойцами в качестве командира.

— Зачем? — с еще большим подозрением глянул на Старикова полковник.

— Здесь все просто, — спокойно ответил Стариков. — Я их инструктор. Я вербовал их в каратели. Они мне поверили — иначе предпочли бы умереть, но не записываться в карательный отряд. А это значит, что если я их поведу в лес, то никакого разброда и предательства не случится. Им нужен лидер, и я буду для них таким лидером. В предыдущем отряде лидера не было, отсюда и столь печальный результат.