Крик болотной птицы

Не от вороны и не от перепелки, а именно от иволги. Ты понял?

Добрую минуту дедок ничего не говорил, лишь дважды испытующе взглянул на Колхоза. А затем сказал:

— Да, я понял.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Колхоз. — Ступай, старик, и ничего не опасайся. Нас не надо опасаться. Мы свои.

Они вернулись к отряду, и Колхоз отдал старику винтовку с патронами.

— Мы будем ждать на этом месте, — сказал Колхоз. — Так командиру и скажи.

— А они? — Дедок указал на своих товарищей.

— Они побудут с нами, — ответил Колхоз. — А то уж слишком ваш парнишка идейный и нервный. Того и гляди стрельнет в нас, если мы его отпустим. Ну а второй пускай остается за компанию. Все, старик, поспеши. А то, не ровен час, немцы нападут на наш след.

Некоторое время старик в нерешительности топтался, будто не веря, что его отпускают, затем забросил винтовку за плечо и пошел. Парнишка-разведчик и его товарищ оторопело смотрели ему вслед: они явно не понимали, что происходит.

…Первыми партизан заметили дозорные, которых Колхоз предварительно расставил по окрестным кустам и канавам.

— Слышь, крадутся! — шепнул один дозорный другому. — Да так осторожно, будто звери. Но я-то слышу, потому что я человек лесной. Должно быть, партизаны.

— А может, немцы? — не согласился второй дозорный.

— Нет, — уверенно ответил первый дозорный. — Точно, не немцы. Фашисты так не умеют, они прут напролом. Доводилось мне их слышать… чтобы красться по-звериному, нужен навык. Откуда немцам взять такой навык? Точно, партизаны. Вот что: беги и доложи командиру. А я покараулю.

Вскоре прибежал Колхоз.

— Там они, — указал рукой караульный. — Затаились. Должно быть, опасаются. Мало ли…

— Эй! — сложив ладони рупором, крикнул Колхоз. — Вам привет от иволги! Повторяю: вам привет от иволги!

— Иволги в здешних местах не водятся! — после короткого молчания раздался ответ."

"— Ну, так-то лучше! — проворчал Колхоз и не таясь вышел из укрытия.

Из отдаленного кустарника навстречу вышел мужчина в тужурке, картузе и с автоматом в руках. Колхоз пошел ему навстречу. Очень скоро они сошлись и стали молча смотреть друг на друга.

— Я командир отряда Федос, — сказал наконец мужчина в картузе.

— Ну а меня можете звать Колхозом, — отрекомендовался бывший узник концлагеря.

— Сколько вас? — спросил Федос.

— Восемьдесят четыре человека, — ответил Колхоз.

— Сила, — ответил Федос. — Можно сказать, целая рота. Оружие имеется?

— Имеется.

— Давно из лагеря? — спросил Федос.

— Недавно, — усмехнулся Колхоз. — Шли по ваши души, да вот не дошли.

— А они — как? — спросил Федос.

Вопрос был предельно общим, но Колхоз понял, о ком спрашивает Федос. Конечно же, о Старикове и еще о ком-то, кого Колхоз не знал.

— Нормально, — ответил Колхоз. — Воюют.

— Отчаянные люди, — сказал Федос.