Кричи громче

 – Знаю, я трудная ученица…

– Капризная, – поправляет Градский с усмешкой и качает головой.

– Знаю, – повторяю и подтверждаю одновременно.

– Научу.

– Папа говорит, что в детстве у меня получалось. Но сама я почему-то никаких смутных отрывков в памяти не нахожу.

– Если говорит, значит, точно получалось.

– Да, – киваю, отмахиваясь от подступающей и сдавливающей грудь грусти. Сегодня я буду радоваться всему. В том числе мыслям, которые связаны с папой и мамой. – Папа многому меня научил. Но открыть под водой глаза даже с ним не решалась, – улыбаюсь, вспоминая наши совместные заплывы. Но все они вдруг разом меркнут и рассеиваются. Перед глазами вновь только Град. – С тобой хочу, – выдаю то, что чувствую.

Ярик втягивает губы и, прикусывая их изнутри, совершает медленный вдох носом.

– Сделаем, – повторяет свое обещание тихо, но отчего-то кажется, что решительней.

И я ему верю. Как всегда, верю больше, чем себе и своим ощущениям. Мы выйдем из этого места и сразу после того, как утрясем все вопросы с родными, полетим на Боракай. Обязательно! Так и будет. Ярик ведь пообещал.

– А помнишь, как мы съезжали с двадцатиметровой горки?

– Еще бы, – Град фыркает и сексуально кривит губы. Отмечаю это, признаю и краснею. Но это смущение приятное. Горячит изнутри. Дребезжащей волной от груди к животу проходится. И взмывает обратно. – После твоего визга, святоша, у меня одно ухо только на семьдесят процентов пашет.

– Придуриваешься!

– Не сказать, чтобы сильно, но…

И мы оба смеемся.

В какой-то момент испытываю настоящую гордость за приложенные усилия и то, насколько легким получился диалог. Несмотря на то, что между нами с Градским непрерывно висит и потрескивает жаркое и яростное, как собравшаяся над землей небесная стихия, напряжение.

Оно, безусловно, прорвется. Обрушится на нас, как только придет установленный час. Мы оба этого ждем. Но сейчас не в этом суть.

– Если не хотим мыться в холодной воде, нужно выдвигаться в душ, – на этой, казалось бы, недвусмысленной фразе вновь неожиданно смущаюсь. Яр ведь опытный игрок. Говорит о простых вещах, но местами так голос меняет, усиливая нажим и понижая тон, помимо воли начинаю реагировать. И крайне сильно волноваться. Остановить себя не могу, поддаюсь манящему соблазну взглянуть ему в лицо. – Ты первая. Иди.

Смотрит, а мне кажется, что мысли его слышу. Всё, о чем думает. Я ведь тоже… Тоже думаю о том, что будет после полуночи. Что бы ему ни говорила… Вру, хотя уже не получается делать строгий и невинный вид. Больше не получается."

"Ярик… Мой… Мой…

Он был внутри меня. Я полновесно познала его тело, а он – мое. Отчетливо помню, как именно Яр двигался, что говорил, какие звуки удовольствия издавал.