Кричи громче

С поражающей меня, словно вирусная инфекция, пошлостью эту провокацию принимает.

Захватываю его нижнюю губу и с чмокающим звуком выпускаю. Снова хватаю. Сосу и отпускаю. Лижу его рот, как одичавшее животное. Лижу, лижу… Бесконтрольно. Быстро. Жаждуще. Издавая для себя самой непонятные звуки.

У меня внутри все горит и пульсирует. Закручивает такими узлами, больно и сладко от них.

Ярик… Мой Ярик…

Он меня в ответ бьет языком, лижет, ласкает.

Это и близко не то, о чем я мечтала, просматривая романтические фильмы о любви… Нет, подобного я не встречала нигде.

Мы измазывает друг друга слюной. Мы требуем больше и больше. Ею покрывается пол моего лица, и она сочится с подбородка на шею, к ушам.

– Ярик… Яричек…

Мне все мало. Я такая голодная… Я хочу еще больше.

Кусаю его, за что приходится: губы, подбородок, щеку. И присасываюсь ко всему, словно пиявка. Темноту разлиновывают охи, ахи, хрипы, чмоки и короткие стоны.

– Еще… Еще… Раздень меня… Всю меня… Всю так сделай… Вот так… Сделай, Яр-р-р…

Он, конечно же, быстро справляется с поставленной задачей. У меня самой бы не так получилось. Меньше минуты проходит, как я оказываюсь под ним полностью голой. И это просто восхитительно… Меня, черт возьми, мало заботит даже то, что в процессе я чуть не лишилась доброй половины волос. С Яриком мне больно и хорошо.

Больно и хорошо…

Привыкаю…

– И сам… Ярик, разденься тоже… Сними, сними… Скорее, иначе я умру…

– Бл*дь… Манюня… Маруся… Замри на секунду, святоша…

Практически не прекращает меня целовать и трогать, пока стягивает и бросает куда-то футболку и скатывает вместе с трусами штаны. Я помогаю: просовываю ему между ног ступню и толкаю мешающую нам одежду, пока не ощущаю, что она отброшена к изножью кровати.

– Ты такой огромный… – с восторгом веду ладонями по лопаткам и плечам. – Мой Ярик… Мой Ярик…

– Что? Что тебе полизать? – рвано выдыхает, накрывая собой.

Тяжелый… Но это так приятно… Одуряюще.

Чувствую, что становлюсь мокрой не только там, где измазывал в слюне. Жаркий секрет выделяется из моей промежности. Его так много… Когда раздвигаю ноги и обхватываю ими бедра Ярика, наше взрывное дыхание дополняют влажные шлепки плоти о плоть.

– Черт… Черт… Маруся… Что хочешь, принцесса? Где тебе полизать? – повторяет вопрос, присасываясь между словами к моим распухшим губам. – Говори… Чего хочешь?

– Сам знаешь…

Краснею настолько сильно… Если бы сохраняла рассудок, испугалась бы, что загорюсь. Хочу, как прошлой ночью, чтобы терзал поцелуями грудь. Она ноет так сильно, кажется, когда Ярик тронет языком, сразу взорвусь. И этот взрыв такой желанный. Невозможно терпеть.

Градский еще разок шумно прихватывает мой рот и, совершая плавное движение, скатывается гораздо ниже, чем я рассчитывала.