Казачий крест

А что человеком сделано, то человек и сломать может.

– Добре сказано, вьюнош, – послышался сочный баритон, и к прилавку подошёл здоровенный, высокий поп. – Это у тебя, что ль, замки столь крепки, что их даже опытный вор вскрыть отказался?

– Однако быстро тут слухи летают, – рассмеялся Матвей. – Вот, батюшка, извольте. Замки врезные. Таких нигде более не найдёте. Коль дверь какую накрепко запереть надобно, лучше не придумаешь.

– И почём продаёшь? – деловито осведомился поп, с интересом вертя в могучих руках замок.

– Двадцать пять рублей на ассигнации.

– Бога побойся, вьюнош! – тут же загремел поп. – Откуда ж такие деньги у духовного лица?

– А зачем духовному лицу вообще замки? – ехидно поинтересовался парень. – Иль молитва не защищает?

– Ты это… полегче, – стушевался поп, заметно понизив голос.

– Так не тычь мне званием своим, – развёл Матвей руками. – А то я не вижу, с кем говорю. Решил торговаться, так торгуйся. А цена на мой товар честная. Сам придумал, сам сделал, сам и продаю.

– Оно понятно. Но вот ей-богу, нет у меня денег таких. А книги святые хоть как уберечь потребно. Сбавь малость, сделай милость, – удручённо вздохнул поп.

– Двадцать. Это последнее слово, – подумав, вздохнул Матвей. – Ниже, уж прости, никак не могу.

– Ну, хоть так, – вздохнул в ответ поп, доставая деньги.

– Благодарствуй, батюшка. Вот, изволь. К замку три ключа имеются. Сам замок в дверь врезаешь, и после открыть её только этими ключами можно будет, – принялся пояснять Матвей, принимая деньги и выдавая ему ключи.

– Ловко сделано. Спаси Христос, вьюнош, – внимательно выслушав, кивнул поп и, походя перекрестив парня, отправился дальше.

Проводив его взглядом, Матвей тряхнул головой и, оглянувшись на отца, поинтересовался:

– Тут всегда так?

– Это ещё начало, – усмехнулся в ответ Григорий. – Вот к полудню народ разгуляется, ещё не то будет.

– Ну, значит, недаром я с собой револьвер прихватил, – жёстко усмехнулся парень.

– Господь с тобой, Матвейка. Это ж ярмарка. Гуляет народ, вот и случается всякое, – поторопился остудить его пыл кузнец.

– Так я разве против? Пусть гуляют. Но мимо нас, – усмехнулся Матвей в ответ. – Сюда торговый люд ждём. А всяким любопытным да говорливым лучше мимо ходить.

Пока он бился об заклад с купцом, мастер успел разложить на прилавке весь свой товар и внимательно наблюдал за течением спора. Только оружие он повесил под навес так, чтобы его можно было увидеть, но не потрогать. Для чего это было сделано, Матвей понял сразу. Любому понимающему с первого взгляда будет понятно, что оружие это непростое и торговаться за него придётся очень серьёзно.

За разговором они успели продать пяток скоб, несколько лопат и полдюжины вил.