Крепостная

Ее темные, сверкающие волосы прекрасно оттеняли карие глаза с густыми темными ресницами. На руках она держала маленькую пушистую болонку мальтийской породы, цвета слоновой кости, которая была одета с парчовый костюмчик.

— Дорогой князь! — воскликнула дама и, проплыв мимо Груши, приблизилась к Урусову.

— А, Анна Владимировна, здравствуйте, — Константин холодно улыбнулся вошедшей красавице.

— Как я рада снова увидеть вас, — проворковала графиня, протягивая маленькую ручку, затянутую в шелковую перчатку, для поцелуя. — Вы так давно не были в Москве!

— Был занят, — ответил князь сухо, чмокнув пальцы графини, и через плечо Анны посмотрел на Грушу, которая недовольно топала ножкой, ожидая его у выхода из салона.

— Вы при… — начала аристократка, чарующе улыбнувшись.

— Извините, я очень спешу, — перебил ее почти невежливо Константин. — Извините.

Повторил он и быстро направился к Груше.

Когда они вышли из модного салона, Урусов подал локоть, и девушка легко ухватилась за его руку.

— Какая хорошенькая собачка, — сказала вдруг она, намекая на болонку графини. — Я бы хотела такую.

— Хорошо, обязательно купим.

— Но я хочу эту, — сказала Груша капризно и остановилась.

— Как эту? — в недоумении спросил князь, повернув к ней лицо. — Я куплю тебе десять таких собачек, душенька, зачем же тебе собачка графини?

Урусов удивленно посмотрел на ее прелестное лицо и недовольно сверкающие глаза. Груша молчала, и он понял, что она не отступится от своего желания.

— Ладно, поедем, пообедаем где-нибудь, — заметил он глухо. — Затем я отвезу тебя домой. А вечером съежу к Анне Владимировне и поговорю с ней насчет собачки.

Груша холодно улыбнулась ему и позволила увести себя по направлению к коляске.

Константин стоял около большого белого камина и, не спеша, потягивал французское игристое вино. Нарядные пары кружили в вальсе, старые тетушки сплетничали по углам залы, рассевшись на удобных диванчиках, молоденькие девушки стояли около окон вместе со своими матушками, а мужчины что-то воодушевленно обсуждали, собравшись в небольшие кружки. Урусов презрительно смотрел на всю эту пышную, однообразную толпу и в который раз жалел, о том, что вынужден был приехать на бал к графине Анне один. Он вспомнил вчерашний разговор в ее доме.

— Князь?! — воскликнула пораженно графиня, когда Урусов неожиданно появился на пороге ее будуара около шести часов вечера. — Я и не надеялась так скоро увидеть вас!"

"Графиня быстро вспорхнула с дивана и, кокетливо оправив вырез своего пеньюара на груди, подошла к нему, протягивая ручку. Константин медленно склонился и долго поцеловал ее пальцы, вспомнив все привычные приемы обольщения женщин.