Хранитель: Хранитель пограничной крепости. Душа пламени. Встретимся в Силуране

И самым краешком зеркало отразило длиннорукого коротышку, который в ужасе прислонился к дверному косяку, стараясь не подавать признаков жизни.

Шайса никогда не видел таким господина, которому служил восемь лет.

«Безымянные, что могло случиться… что случилось? Да он ли это? Шерсть на загривке дыбом и все клыки в пене!..»

Словно прочтя его мысли, Джилинер оглянулся. Тонкие черты лица были искажены гримасой, губы подергивались, но из взгляда постепенно уплывало безумие, оставляя после себя боль и горечь.

— Ты опоздал, — сказал маг севшим голосом, — опоздал к началу представления. Много потерял.

Он обернулся в поисках кресла, наткнулся взглядом на кучу обломков и криво усмехнулся.

Шайса рухнул на колени, вскинул ко лбу скрещенные запястья.

— Чем могу я служить своему господину?

— Встань, — устало отозвался Джилинер. Он быстро становился прежним. — У меня выдался скверный день… вернее скверные четверть звона.

— Кого я должен убить за это?!

— Если и убьешь, то не сейчас… О, часы уцелели! Это хорошо. Они живут в моей семье второе столетие, жаль было бы разбить их в припадке злобы. И зеркало я не тронул — тоже хорошо.

Мозг Шайсы раскаленной иглой пронзила страшная догадка.

— Шар… Большой Шар… Что с ним?! Он…

— Думай, что говоришь! — напряженно откликнулся чародей. — Да я скорее глаза себе вырву, чем причиню ему вред. Вон он, в углу, под покрывалом…

Шайса протяжно вздохнул — как смертник, узнавший об отмене приговора.

Джилинер повернулся к зеркалу и всмотрелся в собственное лицо, точно пытаясь разглядеть за ним что-то иное, ускользающее, враждебное.

— Я попытался поработать с драконом, — заговорил он холодно и отстраненно. — Сильный старый ящер, послушался меня с первой попытки. Я вытащил его через врата в Соленых скалах — это неподалеку от Ашшурдага — и вел над побережьем. Хотел перехватить купцов, но на ходу изменил задание. Уж очень удачный случай подвернулся…"

"Он круто обернулся к Шайсе. Голос его стал напористым и азартным:

— Вдоль берега полоса рифов, называется — Акульи Зубы. Ветер и течение прижали к ним корабль. Понимаешь, все сошло бы за обычное крушение, а я установил бы, сколько свободы можно оставить животному, с какой силой нужно давить на его мозг… ведь жертва все равно никуда бы не делась… Нет, словами не передать!.. Поди сюда!

Шайса без колебаний шагнул к хозяину. Он терпеть не мог испытывать чары на себе, но господину возражать всегда было опасно, а уж сейчас-то…

Тонкие холодные пальцы легли на виски, Шайса почувствовал легкое головокружение — и в его мозг ворвался рокот.

Это было странное ощущение: Шайса раздвоился.