Крематорий

Чувствую, еще немного, и полковник расколется. Скажет все, что знает. А такой свидетель для Дугина дорогого стоит. Это посильнее моих любительских съемок.

– Будь на связи.

– Постараюсь.

Ларин надел свежую рубашку, забросил сумку на плечо и подхватил фотографический кофр.

– Счастливо, – одними губами проговорила Маша.

– До встречи.

Андрей вышел в гостиную, полковник тяжело поднялся.

– Поехали, фотограф.

Андрей закрыл дверь и щелкнул кнопкой замка, оставив ключ внутри номера.

Младшие офицеры МЧС терпеливо дожидались своего начальника в коридоре гостиницы. То, что они не были холуями полковника, Андрей почувствовал сразу. Никакого подобострастия во взглядах, никто из них не бросился помогать Ларину нести багаж. Точилин тяжело шагал по старой ковровой дорожке, Андрей шел за ним, офицеры замыкали «процессию».

На улице возле машины начальника областного управления МЧС Ларин ненавязчиво глянул на балкон своего номера. Облокотившись на поручни, там стояла Маша. В руках она держала фотоаппарат.

«Молодец, напарница. Все важное надо фиксировать, потом может пригодиться», – подумал Андрей.

* * *Ранним утром колонна из трех пожарных машин въехала в деревню. Возглавлял ее автомобиль полковника Точилина. Женская половина населения встречала пожарных, как когда-то их родители – освободителей от немецко-фашистских захватчиков. Все деревенские мужчины были около леса. Тарахтел трактор, плуг выворачивал пласты земли, люди граблями и вилами вытаскивали из нее клочья соломы. Земля из-под отвала высыпалась сухая, пылила.

Точилин все еще был пьян, но мыслил трезво. Он посмотрел на потуги мужиков соорудить огнезащитную полосу и только махнул рукой:

– Херней маются. Когда огонь сюда доберется, искры ветром на поле бросит, и ...дец деревне настанет. Огонь там останавливать надо, в лесу. Но говорить об этом мы им не станем. Какая-никакая, но защита. Да и нельзя веру в собственные силы у людей подрывать. В такие времена верить в себя – самое главное. Верно говорю, фотограф? – обратился он к Ларину, который сидел рядом с ним в машине.

Андрей чувствовал, что еще немного, и полковник расколется окончательно – расскажет все, что знает о тех, кто втянул его в преступное предприятие. А потому без возражений согласился не только на покровительство полковника, но даже настоял на том, что несколько дней будет рядом с ним повсюду. По большому счету Ларин понимал, что это не Точилин охраняет его. В случае чего, Андрей сам был готов защитить полковника, даже рискнул прихватить с собой пистолет и запасные обоймы. Теперь «макаров» уютно чувствовал себя за поясом джинсов бывшего оперуполномоченного.

Машины въехали в лес. Вокруг дороги виднелись стволы давно поваленных деревьев, густо торчали их голые ветви.