Крематорий

Радьков нахмурился и произнес:

– Не понимаю, о чем вы. Ведь вы серьезный человек из кремлевского пула. И вам не к лицу спекулировать на трагедии."

"– Спекулировать на трагедии не к лицу любому гражданину. Но я профессионал. – Ларин откинулся на спинку стула, на его губах появилась издевательская улыбка. – Вы любите фокусы? По глазам вижу, что любите. Есть такой цирковой номер: выходит фокусник на арену, щелкает пальцами, и на одном из них загорается огонек. Очень простенький фокус. Все дело в самовозгорающемся составе, которым он смачивает пальцы перед выходом к публике. Легкое трение пальца о палец нагревает состав, и возникает огонь.

Андрей вытащил из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, скомкал и несколько раз провел им по столешнице. Бумага вспыхнула резко, вся сразу. Ларин щелчком ногтя отбросил ее к губернатору. Тот испуганно отпрянул и инстинктивно смахнул горящий лист на ковер.

– Затаптывать его бесполезно – горит, как напалм. Потому что я пропитал его тем самым средством, которое благодаря вашим стараниям сельхозавиация распыляла над заповедником. Солнце пригрело, и оно вспыхнуло. Мне стоит объяснять, кому это выгодно?

Губернатор молчал, напряженно вглядываясь в Андрея. Нижняя челюсть мелко подрагивала. Ларин принялся загибать пальцы:

– Выгодно в первую очередь вам. На борьбу со стихийным бедствием и восстановление придут огромные деньги из федерального бюджета. Бекетову не придется тратиться на компенсацию жителям поселка. Лес перестает быть заповедной территорией. МЧС и милиция тоже не останутся в стороне от распиливания государственных средств, как и ваша жена с ее бизнес-империей. Короче, ловкость рук и никакого мошенничества.

– Даже если то, что вы говорите – правда, – осторожно произнес Радьков, – то чего добиваетесь лично вы?

– У меня есть факты. Есть образцы средства, есть свидетели, я знаю, что и как делалось. Но я не идиот, чтобы обращаться с этим в суд. Смысла нет. Руководителей вашего масштаба в России еще никогда не отдавали под суд. Я профессионал и работаю за деньги. Чтобы все осталось шито-крыто и факты не были преданы огласке, мне нужно от вас немного – пятьсот тысяч долларов. Поговорите со своими компаньонами, сбросьтесь. Времени у вас два дня.

– Иначе что? – совсем упавшим голосом произнес губернатор.

Ларин широким жестом положил перед ним на стол номер глянцевого журнала – на обложке красовалась фотография. Действующий премьер-министр крепко жал руку Андрею.

– Если я не получу своих денег, то найду способ уничтожить вас как политика и чиновника. Мне поверят.

– И что вы от этого выиграете?

– На вашем месте я предпочел бы заплатить без лишних разговоров. Я ничего не выиграю, но вы потеряете все.

Радьков, прикрыв глаза, пытался думать.