Красный, белый и королевский синий

Вы знали, что фотографы могут сделать так, что самые диковинные вещи будут казаться реальными? При помощи обычной… программы, кажется? Компьютер. Любая невероятная ложь в наше время может быть воплощена в реальность. Глаза человека едва ли заметят разницу.

В комнате воцаряется гробовая тишина. Слышен только звук чайной ложки, скребущей по дну королевской чашки.

– Боюсь, я слишком стара, чтобы понимать, как все это работает, – продолжает она, – но мне говорили, что любая ложь может быть сфабрикована и распространена. Кто-то мог… создать файлы, которые никогда не существовали, и разместить их в свободном доступе. Ничего из этого не было подлинным. Самые вопиющие доказательства запросто могут быть развенчаны и опровергнуты.

С нежным звоном столового серебра о фарфор она опускает ложечку на блюдце и наконец смотрит на Генри.

– Мне любопытно, Генри. Как ты думаешь, имеет ли все это какое-то отношение к этим непристойным сообщениям?

Вот оно, прямо перед ним. Предложение. Продолжай все игнорировать. Притворись, что это ложь. Покончи с этим.

Генри стискивает зубы.

– Это правда, – отвечает он. – Абсолютно все.

Лицо королевы сменяет сразу несколько выражений, остановившись на лаконично нахмуренных бровях – таких, будто она обнаруживает что-то мерзкое, прилипшее к подошвам ее туфель.

– Прекрасно. В таком случае. – Ее взгляд обращается к Алексу. – Александр. Знай я, что ты замешан в связи с моим внуком, я бы настояла на более официальной первой встрече.

– Бабу…

– Помолчи, Генри, дорогуша.

Затем вмешивается Кэтрин:

– Мама…

Королева поднимает одну из своих сморщенных рук вверх, чтобы заставить ее замолчать.

– Я полагала, что мы испытали достаточно унижения от прессы, когда Беатрис столкнулась со своей маленькой проблемкой. И несколько лет назад я дала тебе ясно понять, Генри, что если ты поведешь себя противоестественно, то будут приняты соответствующие меры. Так почему же ты решил свести на нет всю ту огромную работу, что я проделала, чтобы сохранить положение короны? Это выше моего понимания. И почему ты, судя по всему, намерен помешать моим попыткам восстановить его, требуя, чтобы я устраивала переговоры с какими-то… мальчишками… – Тут в ее голосе раздается мерзкая нотка, в которой Алекс слышит мнение обо всем, начиная с его расы, заканчивая ориентацией. – Когда тебе было сказано ожидать приказаний, это для меня воистину загадка. Очевидно, ты потерял рассудок. Моя позиция неизменна, дорогой. Твоя роль в этой семье заключается в том, чтобы увековечить нашу родословную и поддерживать имидж монархии как образца британского совершенства. Я попросту не могу допустить ничего иного.