Кай из рода красных драконов (СИ)

Взял за ошейник своего волка, погладил по морде.

Я фыркнул, крепко взял пленницу за предплечье, и мы потихоньку двинулись в сторону оврага.

Идти пришлось мимо обвала. Тропинки здесь больше не было — всё засыпало камнями.

— Дракон, — пискнула девушка, указывая на смутно различимую гору камней.

— Ладно, — кивнул я. — Давай подойдём.

Мы кое-как подобрались по камням туда, где драконы рухнули, вместе с козырьком. Прямо к огромной куче, похожей на маленькую гору.

Видно было плохо, но ничего там не шевелилось — точно.

— Ючи! Ючи! — позвала девушка.

И снова заплакала.

Я дёрнул её за руку и потащил в обход обвала. Вот же наказание какое! Нет было прилететь нормальному парню!

Ну, приведём мы её в убежище, ну допросим. А потом что? Оставим маркитанкой при военном лагере?

Глава 24

Женат

В полной темноте, оступаясь на острых камнях, я тащил за собой девушку-колдунью и злился. Свалилась же дура на мою голову!

Одно дело — парень. Его можно допросить так, как ему хватит, а потом взять в заложники. Ну, а если не сгодится в заложники — так прикопать под ближайшим кустом.

Потому что не дело — приводить вражескую колдунью в тайное укрытие, а потом отпускать на волю. Человек не синичка, человек — попугай. Болтает много.

Вот только ругался я сам на себя. Ззаставить девушку провести ночь связанной в кустах было выше моих сил. Ей и так сегодня досталось.

Сгодится ли девушка на роль заложницы, я тоже не мог сейчас просчитать. Непонятно было, каково положение женщин в обществе завоевателей? Я о них вообще ничего не знал. Истэчи мне не говорил, а больше пока и спросить было не у кого.

Да и с колдуном-отцом одни непонятки. Вот отец бы девчонку, наверное, выкупил. Но если он труп или бродит в горах, алкая мести, то и ему совсем не до дочки.

Тем более, я сильно подозревал, что дочка-то непослушная и хотела вперёд папаши ограбить наш лагерь.

Конечно, мне достаточно будет отвернуться, чтобы барсы сами решили, что делать с опасной малолетней колдуньей. Они даже нож марать об неё не станут — трудно ли свернуть эту тощую куриную шейку?

Однако мне, как человеку неверующему, Заратустра такое поведение не позволял. Ну не мог я допустить, чтобы эту дуру набитую сначала трахнули, а потом в кустах прикопали!..

Под ногу подвернулся камень, я оступился и рванул на себя пленницу. Она кое-как устояла на ногах, жалобно всхлипнула, и огонёк её замигал.

Совсем вымоталась девка.

— Гасите огонь! — объявил Темир. — Обвал мы прошли, а по тропе я и ночью вас проведу.

— Гаси! — приказал я.

Это было правильное решение. Если колдун жив — огонёк может нам после вылезти боком.

Пленница сжала кулачок, и пламя угасло.

Темир обвязался верёвкой, сунул свободный конец мне. Я понял, чего он хочет. Обвязал верёвку вокруг пояса и протянул «хвост» Истэчи.