Кай из рода красных драконов (СИ)

— Оружие или амулеты.

— А может, они ищут тот чёрный камень, что был на шее у Мергена? — осенило Истэчи. — Я видел, он не сгорел! Я же говорил, что это — «глаз колдуна»! И колдун всё ещё видит своим чёрным глазом! Он злится на нас за огонь у себя в глазу — потому и хотел убить всех барсов!

— А куда делся этот колдуний «глаз»? — За камнем я не следил, не до того было.

— Ичин велел сгрести его вместе с золой и швырнуть со скалы в пропасть! — обрадовал меня Истэчи. — Это глубокий обрыв, если идти по охотничьей тропе на восход.

— Хорошо, — кивнул я. — Значит, камень они не найдут.

— Найдут! — не согласился Истэчи. — Колдун видит, где лежит его «глаз»! Он полезет за ним и в пропасть! Это, наверное, о-очень дорогой амулет! Надо было размолоть его в муку и по ветру рассеять! Вот как было бы хорошо!

— Ну и где ж ты раньше был, такой умный? — вздохнул я. — А можно как-то спуститься в пропасть?

— По верёвке, наверное, можно, — кивнул Темир. — Но я не знаю, насколько там глубоко.

— Надо уходить! — выдохнул Ойгон, болезненно морщась. Взгляд его, однако, стал уже более осмысленным, видно брата отпустило немного. — Колдун будет бродить вокруг лагеря, искать здесь свой чёрный глаз. И нас почует. Идём в волчий лог!

— Подожди, — не согласился я. — Сначала надо послать кого-то в разведку. Вдруг драконы всё ещё в небе?

— Я пойду! — вскинулся Темир.

Но Истэчи вдруг заспорил с ним, косясь на меня:

— Нет, я пойду! Мне идти хорошо! Лучше!

— Да с чего бы вдруг! — рассердился Темир. — Какой ты воин? Название одно!

— Воин я плохой, — легко согласился мой приятель. — А вот охотник — хороший. Там ведь убивать никого не надо. Надо, чтобы и ветер тебя не почуял, и небо моргнуло. Кто из вас так сумеет?

— Пусть идёт Истэчи, — решил я, вызвав удивлённый взгляд Темира.

Решать должен был Ойгон, но он смолчал, растирая виски. И Истэчи, пользуясь моментом, щучкой выскользнул из убежища.

А потом стало темно — это он заложил вход в наше убежище камнем и присыпал землёй.

Сидеть в темноте и ждать, поймают Истэчи или нет, оказалось страшнее, чем смотреть на колдуна с молниями.

Я молча ругал себя: ведь Истэчи и в самом деле не воин. В лагерь барсов его взяли совсем недавно, а уж как он на мечах дрался — лучше и не рассказывать, чтобы не позорить."

"Наверное, поэтому парнишка и прибился ко мне — к новичку неопределённого ранга да ещё и с провалами в памяти. А потом я вдруг оказался воином, способным навалять демону, и приятеля стало заносить на поворотах.

Выпросился в разведку… А что, если сгинет?

— Может, я тоже пойду. Гляну — как там чего? — высказал мои опасения Темир.

— Подождём, — отозвался Ойгон. — Времени прошло мало.

— Да там надо-то вылезти из оврага и оглядеться! Куда он запропастился? — рассердился Темир.

— Значит, увидел что-то важное, — пояснил я.