Красное на красном

Командующий кавалерией стоял тут же, бок о бок с Вейзелем, – генералы словно поддерживали друг друга, а раскрасневшийся Бонифаций расположился в тени кустарника, облюбовав еще один валун. Рядом с аспидом пристроился Дьегаррон. Дик со странным равнодушием отметил, что кэналлиец сменил повязку и крови теперь не видно.

Оскар твердым шагом подошел к Ворону и отдал честь. Не отстававший от осужденного Дик замер рядом, но, поняв, как это нелепо, отступил в сторону.

– Генерал Феншо-Тримейн на казнь явился.

– Вы привели свои дела в порядок?

– Да.

– Есть ли у вас просьбы или пожелания?

– Я просил бы не завязывать мне глаза и позаботиться о моей лошади. Дра́кко нужен всадник с мягкими руками. Мои письма остались в моей палатке.

– Они будут доставлены, как только мы вернемся в Талиг. Генерал Вейзель проследит.

– Господин Вейзель, – голос Оскара, хриплый, прерывистый, Дик узнал с трудом, – господин Савиньяк, я благодарен вам и желаю никогда не оказаться на… моем месте. Господин Дьегаррон, лично к вам я не испытываю ненависти. Ричард, я вам все сказал, и вы обещали… Монсеньор, я не проклинаю вас, потому что вы и так давно прокляты. Когда-нибудь вам воздастся за все. Я готов. Куда становиться?

– Вон туда. – Распоряжавшийся казнью Клаус Коннер указал в центр усыпанной гравием проплешины. После дождя здесь наверняка образовывалось что-то вроде озерца, но последний дождь давно прошел.

Савиньяк и Вейзель молчали и глядели в землю, они уже все сказали и сдались. Бонифаций буркнул что-то олларианское и отошел. Оскар остался один. Виконт был совершенно спокоен и даже не очень бледен, то ли сказалась жара, то ли выпитое вино. С дюжину адуанов вышли вперед и подняли тяжелые мушкеты.

Если Рокэ отменит казнь, то теперь. Дик украдкой бросил взгляд на Ворона – синие глаза были холодны и спокойны. Так Рокэ Алва смотрел в особняке Марианны, отобрав чужую любовь, и в заброшенном аббатстве, отобрав чужую жизнь. Коннер подошел к Ворону. Он так и не выучился вести себя по-гвардейски. Мужлан остается мужланом, какую перевязь на него ни напяль!

– Монсеньор, стало быть… Готово все.

– Хорошо. Данной мне властью приказываю привести приговор в исполнение.

Лицо Феншо стало вдохновенным, он подался вперед:

– Друзья, делайте свое дело. Вы – солдаты, на вас крови не будет…"

"Сигнала Ричард Окделл не увидел, потому что зажмурился. Грянул залп, и Ричард сжал кулаки так, что ногти впились в ладонь. Ничего не случилось, стрелки́ промахнулись. Они вообще стреляли в воздух…

– Наповал. – Голос Вейзеля показался незнакомым.

– Хоть в этом повезло, – пробормотал Савиньяк.

Ричард приоткрыл глаза, но увидел лишь серую землю и свой сапог.

– Ничего не оплакивайте, ибо все проистекает по воле Создателя – и весна, и осень, и жизнь, и смерть.