Красное на красном

Они все-таки сумели опрокинуть это каре, но талигойцы не побежали, а двумя клиньями начали пробиваться к своим. Некоторым это удалось…

Закатные твари, только б Дикон был в другом месте! Мильжа держит слово, всегда держит, но кто заметит в этом кошмаре темно-русого паренька в черном и синем?! Кто здесь смотрит в чужие лица?!

Они соединились с Мильжей у разбитой повозки с мортирой, но их маленькая победа стала единственной и последней. Втиснувшийся между талигойскими каре отряд попал под обстрел с двух сторон, а с третьей подоспела вражеская конница и запряжки с пушками. Картечный залп забрал сотни жизней, затем пошли в ход клинки: у Рокэ кавалерия, артиллерия и пехота были единым целым.

Для Эпинэ и ставших теперь его людей бой обернулся какой-то мертвой зыбью. Они отступали, перестраивались, снова шли вперед, в общую безнадежную атаку. Затем еще раз в еще более общую и более безнадежную, все было ясно, но они продолжали сражаться. Рядом падали и умирали чужаки, в последний свой миг ставшие родными. Незнакомый бириссец успел броситься между талигойцем и черно-белым мушкетером, поймав пулю, предназначенную тому, кого «барсы» признали вождем. Эпинэ хотел заколоть убийцу, но отвлекся и потерял из виду. Наступление захлебывалось и в конце концов захлебнулось окончательно. Они отходили последними, сохраняя какое-то подобие строя, а справа и слева бежали.

Тех, с кем Робер вышел из лагеря, почти не осталось, но их отряд не становился меньше: убитых заменяли отставшие от разбитых колонн.

– Друг, – Мильжа тронул Робера за плечо, – смотри!

Их спасло то, что они не успели вернуться в лагерь. Алва воспользовался тем, что все, кто мог, пошли в атаку, и занял огороженное наполовину сгоревшим частоколом пространство, завалив ров связками веток.

– Пока они в лагере, проскочим к бывшей стоянке казаронов! – крикнул Мильжа. – Там дорога на Парасксиди.

– А казар?

Зачем он это спросил? Зачем ему Адгемар, обхитривший сам себя и погубивший и свою армию, и свою страну?

– С ним Луллак. – Бровь Мильжи была рассечена, лицо заливала кровь.

Да, действительно, дядюшка под защитой племянника и его людей, не участвовавших в бою. Зря он подумал, что Лис позабыл о себе.

Робер Эпинэ кивнул:

– Прорываемся на Парасксиди.

Они были готовы к последней смертельной атаке, но их пропустили почти без боя, разве что дали в спину несколько картечных залпов.

4

– Всё. – Бонифаций вздохнул полной грудью. – Бегут – не остановишь! А я ведь, стыдно сказать, как они поперли, думал, от нас мокрое место останется."

"– Да и я, признаться, тоже, – покаялся Савиньяк. – Нет, я допускал, что мы как-нибудь извернемся и доберемся до леса, не зря же там оставляли засеки, но на победу не надеялся.

– Ну и зря! – припечатал Шеманталь.