Красное на черном

Не видел, даже голос его не слышал. Сестра скрывала его.

– Думаешь, именно скрывала? – спросил сыщик. – Может быть, просто не хотела рассказывать. Возможно, стеснялась? Девчонок сразу не поймешь.

Георгий стряхнул пепел на землю и принялся возить ногой по листьям.

– Не. Скрывала. Это точно.

– Почему ты так решил?

– Потому что.

«Отличный ответ, – подумал Гуров. – Главное, что верится безоговорочно».

Георгий вынул из кармана айфон, провел пальцем по экрану.

– Долго они еще там будут? – спросил он у Гурова.

– Не очень.

– А точнее?

– Не могу сказать, но долго родственников после опознания в морге не держат.

– Думаете, он с ней это сделал? – понизил тон Георгий.

Лев ожидал подобного вопроса. Что ж, логично. Если ты расспрашиваешь человека о том, как жила жертва, то какие-то догадки у собеседника появляются сразу. И вопросы, на которые им нужны ответы. Сразу, и желательно правдивые.

– Почему ты решил, что Инга пострадала от чьих-то рук?

– Я в этом уверен.

– Следов борьбы не обнаружено, – напомнил Гуров.

– Можно убить и не оставить следов.

– Согласен с тобой. Мы найдем того, кто это сделал, – пообещал Лев. – И пока мы с тобой одни, я был бы рад, если бы ты вспомнил еще что-нибудь.

– Я тоже был бы рад помочь, но больше мне сказать нечего, – ответил Георгий и вдруг широко улыбнулся. – Она мне на прощание подарила сотку баксов, а я ее сразу истратил. У меня подруга есть… ну как подруга? Почти. Еще не определился, но она мне интересна. Только вот денег у нее в жизни не было. Я ее повел в кафе, потом цветы подарил, ну и на такси по Москве немного покатал. Сестра знала, я с ней секретами делился. Даже советы кое-какие давала. Сестра вообще много полезного привнесла в период моего взросления. Советовала побольше читать, и не только классику, а еще и всякую образовательную литературу. Говорила, что можно просто сесть и порешать математические задачки, например, для шестого класса. Или для пятого. Уверяла, что я очень удивлюсь тому, как мало помню, а ведь мозги не должны застаиваться. Говорила, чтобы я слушал, конечно, других, но учился думать своей головой, а родителей чтобы любил безусловно. Но осторожничал чтобы с ними. Не то чтобы воевал, нет. Но не поддавался бы. Она переживала, что у нее так вышло с ними, и просила сообщать, если у нас будут проблемы. А потом она куда-то делась, на звонки перестала отвечать. Она иногда так пропадала, но потом всегда появлялась, объясняла, что у нее свои дела бывают. Вот и в этот раз я тоже так подумал."

"Улыбка сползла с его лица, но не до конца. Так и стоял с перекошенным набок ртом и смотрел куда-то сквозь Гурова.

* * *Такси, в котором семья Бернштейн уезжала от страшного места, скрылось в автомобильном потоке. Гойда и Гуров посмотрели ему вслед.