Красное на черном

– Продала или по доверенности? – спросил Гойда.

– Никаких доверенностей, если я правильно понял. Как же так вышло, что здесь нет камер видеонаблюдения?

Гойда задрал голову, посмотрел на верхние этажи бизнес-центра.

– Тут вообще беда с этим делом. Ни одной камеры не вижу, сплошные кондиционеры. Охранник живет там, где работает. Место для курения прямо напротив входа, дымовуха в лицо. Все для людей. Зато какое гордое название – «Терра Нова». Бизнес-центр, твою мать. И «Москва-Сити» через дорогу. Центр столицы.

Он опустил голову и потер переносицу.

– Тогда так. Поболтаю с экспертом, заполню бумаги. А к вам такая просьба… А где, кстати, девушка Тихомирова?

– Отправили домой от греха подальше, – доложил Стас. – В больницу ехать отказалась, несмотря на уговоры врачей. Сильно ее приложило. Сознание потеряла, когда в багажник заглянула. Главное, видела-то она своего друга всего секунду, но этого хватило. Дома она, Игорь Федорович.

– Понял. Тогда передаю ее вам. И допросите охранника. Ценный экземпляр. Он еще не все нам рассказал. Если он находится здесь круглосуточно, то наверняка что-то видел.

Гуров достал сигареты.

– Курим на месте совершения преступления? – нахмурился Гойда. – А чего ж не в «Тойоту» сел?

– Я там уже был, – ответил Гуров. – Иди, Игорь Федорович. Доложимся вечером, а пока что будем на связи. Если твои эксперты ничего не обнаружат, то уж и не знаю, к кому обращаться.

– Обнаружат, не сомневайся."

"Гойда пожал руку Льву, потом Стасу. Развернулся, пошел обратно к «Тойоте». Число любопытствующих тем временем заметно уменьшилось. Люди поняли, что больше ничего интересного не произойдет, и постепенно стали возвращаться к работе. Лев заметил стоявшего в стороне Ивана. Тот курил и небрежно стряхивал пепел себе под ноги. Он выглядел совершенно невозмутимым, но сдвинутые к переносице брови выдавали его внутреннее напряжение.

– Послушай, Стас, – остановился Гуров. – Не хочешь поговорить с Мариной?

– Прямо сейчас? Даже не знаю, – задумался Крячко. – Ей бы пару часов на то, чтобы пришла в себя. А то увидит меня, снова заорет.

– Именно сейчас, – решил Гуров. – Именно сейчас, пока она не пришла в себя. Поддержи словом, успокой, заболтай. Включи обаяние, ты это умеешь. Ей сейчас мужское плечо как бальзам на рану. Пусть хоть об стену разобьется, но вспомнит хоть что-то о том, куда в последние перед исчезновением дни уезжал ее Андрюша. Наверняка она была в курсе. Ну не может быть, чтобы он ей ни слова не сказал. Может, вспоминал клиентов, описывал заказы. Может быть, были конфликты с кем-то, знаешь, как это случается. Мать его тоже потряси. Нужно хоть что-то из событий последних дней жизни Андрея узнать, а то складывается ощущение, что кто-то что-то умалчивает. А я пока поговорю с Власовым.