Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Тетя Соня, конечно, хорошая мудрая подруга, но она на семнадцать лет старше, а хотелось поделиться с кем-то своего возраста.

– Такие вот у меня дела, – говорила Ирини своей подруге, – и что мне делать, как быть, ума не приложу. Как говориться: чужую беду руками разведу, а со своей – ума не приложу.

– Да, что тут делать, Ирини? Это еще можно терпеть. Ты живешь в нормальных условиях. Дом, все в доме. У детей есть кровати с простынями. Есть, что покушать. Посмотри на меня. Дети спят вповалку на полу. Только Аня и Семен спят на кроватях. Наша с Васькой кровать скоро развалится. Жрать почти нечего. Спасибо в этом году, сестра моя помогла по дешевке купить шесть мешков картошки. Дети мои ничего не видят. Видишь, у Марики рахит. Врачи говорят каких-то витаминов у ребенка не хватает. А где я возьму хорошую еду, если мой скотина все, что зарабатывает, пропивает. Вот кого ненавидеть надо! – было видно, что Агапи заводится. На глазах появились слезы и обильно потекли по щекам.

– Ну вот, я довела тебя до слез, – Ирини и так себя чувствовала неуютно, от бардака вокруг нее. Неустроенность подруги угнетала. И помочь нечем. Разве, что старые вещи детей отдать.

Агапи, всхлипывала и смотрела мокрыми несчастными глазами так жалобно, как бы говоря: «не гнушайся меня, не уходи, побудь со мной».

– Ты не обращай внимания, это я так, – проговорила она, вытирая мятым, дырявым фартуком, слезы. Я тебе могу поплакаться, и это уже помощь. Ты моя подруга, я вижу твое сострадание, а так кому нужно чужое горе? – она дала шлепок дерущемуся с сестрой Семке. Тот обиженно отошел в сторону.

Они еще немного поперемывали косточки своим мужьям. Ирини рассказала историю приезда Саввиной тетки.

– Можешь себе представить, даже не пикнула, что я ее обманом вызвала. Побоялась скандала. Я б ей дала прикурить – век бы помнила. А через три дня умотала обратно. – Ирини хохотнула. – Представляешь, Федька – Дурак как узнал, что она здесь и, что хочет его видеть, уехал в Кызыл-Орду, подальше от нее.

– В Кызыл-Орду?

– Да, там у него, вроде, друг какой-то.

– Да-а-а-а… Ну и дела! – удивленно качала головой Агапи.

– Да ну ее, эту (последовал длинный мат), нечего о ней говорить, да и пора идти. Завтра я принесу тебе немного из вещей моих девчонок. Они уже выросли из них, а твоим будет в самый раз. Если ты не побрезгуешь, конечно, – уже в дверях, как бы между прочем, предложила Ирини.

Радостная улыбка озарила лицо подруги:

– Господи, Ирини, да тут не до жиру. Спасибо огромное! Конечно, неси, что не жалко.

* * *Подошло время убирать виноград. Набравшие всю сладость, на которую они были способны, виноградные гроздья висели прозрачные на солнце и ждали, когда их сорвут и положат в рот. Что дочки и делали. Наташин рот практически не закрывался.