Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Лежал под утренним ласковым солнцем, смотрел на сине – голубое чистое небо и ни о чем не думал. Старался не думать. Гори оно все синим пламенем! Нажарившись под солнцем, нырял с буны в синюю прохладу моря и плавал до изнеможения, до тошноты. Выходил, когда полуденное солнце уже палило. Это было блаженством ощущать, как тело быстро согревалось и приятное тепло разливалось по всем жилам. Тело его стало шоколадного цвета. Голову и лицо, правда, он прятал от солнечных лучей под банным полотенцем. За все время пребывания здесь в гостях, он ни разу не почувствовал себя нехорошо. Сердце работало, как часы. И только, когда мысли заходили о семье, тогда оно сжималось. Да и понятно, тут и железное сердце не смолчит. Савва совсем недавно понял, что Мавриди порядком устали от праздников, которые они устраивали для него. Им явно уже хотелось будних дней так, как работу за них никто не мог сделать. И все-таки, ну не хотелось уезжать и все тут. Лидия умоляла задержаться еще хоть на пару недель, а тетя Рая просто заламывала руки просила остаться на постоянное жительство, а уж потом, когда Савва устроится на работу, перевезти семью, если захочет. А лучше не перевозить, бросить такую «поганую», как она говорила, жену и завести новую семью.

Савва ругал себя, что не удержался и нажаловался на свою жизнь с женой. Теперь, сам не зная, что делать, он говорил ей, что не такая уж Ирини плохая, он тоже хорош, просто они не сходятся характерами.

– Какой ей еще характер нужен? – вопрошала тетя, вперив руку в бок, а другой, жестикулируя перед лицом Саввы. – Таких, как ты, днем с огнем не сыщешь! Пусть бы Богу молилась на тебя: и умный, и грамотный, и красивый, спокойный мужчина. Что еще ей надо? Нет, я бы на твоем месте и дня бы с ней не жила. А что детей нажил, что ж теперь сделаешь? Будешь алименты слать. Но жить и мучиться незачем! – бурно и часто восклицала она.

– Все так, но, как же детей оставить так просто? Их же надо кормить, одевать…

– Теперь пусть и прочувствует каково это без мужа!

– Нет, так не по-человечески, взять так и бросить, ни слова, ни полслова.

– Ну, хочешь, я напишу ей письмо, – не унималась тетушка."

"На мгновение мелькнуло в голове: а, может, и стоит, ведь он и сам думал просто написать жене… Но нет, так не пойдет. Не совсем же он подлец и свинья!

Тетка продолжала высказывать свои мысли по этому поводу упрямо и долго, стараясь заронить сомнение в сердце племянника, но пока ей это не совсем удавалось: хоть и с повинной головой, но Савва, наконец, засобирался домой. Вот только когда-никак не мог решить. Такое положение длилось недели три, пока, в начале сентября, он принял окончательное решение – ехать!

Перед самым отъездом Савва был приглашен в гости в Молдовку, поселок чуть выше Адлера, по дороге в Красную Поляну.