Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Откуда только все бралось? Решили, что надо хотя бы раз в месяц приезжать сюда, замаливать грехи и просить Божьей помощи.

Ирини поцапала в последний раз вокруг помидоров и баклажанов. Не мешало бы уже и полить огород. Сегодня или завтра ночью. Сосед, Тимофей Кесериди тоже был на огороде. Его жена почти никогда не выходила с цапкой на огород. Это была его работа. Не то что ее муж, «бывший муж, уже теперь, – с тоской и ненавистью подумала Ирини. – Даже если он объявится, я никогда не разрешу ему войти в дом. Пусть и не надеется!»

Сделав вид, что она не видит соседа, Ирини долго смотрела пустыми глазами прямо перед собой, ничего не замечая, пока не подошла к ней только что проснувшаяся, Наташа. Через пять минут Ирини принялась за вареники, отослав дочь за керосином. Она делала свою работу механически, все также отрешенно глядя перед собой, неотступно думая об одном и том же: что же делать, как быть, куда деваться от такой жизни? Приходили мысли, что не так уж у нее все плохо: если что, мать присмотрит за детьми, как когда-то смотрела за Наташей, а сама Ирини пойдет работать. Уж что-что, а работать она умеет. У людей и похуже жизнь складывается, успокаивала она себя.

Вспомнился Саввин двоюродный брат, Федя-Дурак, который совсем недавно женился. Свадьбы не было. Что-то уж очень быстро он все состряпал. Савва все разгуливал на Кавказе, и Дурак не стал дожидаться его, что б хотя бы у него занять денег. Ирини при этой мысли усмехнулась: «Дурак долги не имеет привычки отдавать». Почему была такая спешка, стало известно позже. Новоиспеченная Федина жена, рассказала, что его могли посадить за связь с несовершеннолетней. Юная жена его была самой простой внешности, даже не русская, а чувашка. Ирини наблюдала, как Дурак воспитывал жену, учил, как она должна к мужу относиться. Ирини мысленно жалела эту Нинок – так Дурак ее называл. Что с ним ей делать? Денег у него нет. Мыслимое ли дело, спят на раскладушке! И ему хоть бы что. Вспомнился Саввин младший брат. Тот тоже на первых порах учил жену, как надо к мужу относиться. Научил, видимо: живет со своей мордовкой душа в душу… Жена, говорят, так и ухаживает за ним, как за каким вельможей. Люся отменная для него жена. По рассказам деверя, он ее полюбил за имя. Когда-то в детстве ему нравилась соседская девочка с русским именем Люда-Люся. Такая беленькая, маленькая, хрупкая… так и хотелось ей чем-то помочь, поухаживать. И откуда у него у семилетнего пацана было такое, непонятно! Жену себе нашел, наподобие той, тоже очень худенькую, в чем только жизнь держалась. Поэтому, наверно, их первенцы-близнята не выжили, умерли только родившись, видимо, из-за маленького веса.

* * *Люся Пухлякова уже третий год, как была замужем за Федей.