Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

– Как это бросил? – удивленно спросила Ирини. – Куда школа смотрит?

– Они приходили, вызывали Колю к директору. Он обещал ходить в школу, а сам уходит и все тут.

– Может учиться ему трудно? Пусть выделят кого-нибудь в помощь из учеников.

– Он бы перешел, если б не пропускал, так говорила его классная руководительница, а теперь остался на второй год в седьмом классе. Он категорически отказывается идти в сентябре в школу. Сейчас целыми днями собирает по улицам всякие бутылки, тряпки, сдает татарам в «Шары-бары». Иногда даже мне дает мелочь на хлеб или молоко.

– Ну и дела! Такой Коля хороший парень у тебя был! Что же теперь делать?

– Говорит, пойдет в вечернюю школу. А сейчас ищет работу.

– Кто же его возьмет в его возрасте, – спросила тетя Соня.

– Говорит, что возьмут в сапожную мастерскую. Будет обувь шить.

Лиза говорила вяло, как будто не о собственном сыне. Видно было, что она давно не сопротивлялась течению ее тяжелой жизни. Ирине стало остро ее жаль.

– Мой брат, Федя, был сапожником. Очень даже хорошая профессия! Пусть идет работать, быстрее поймет цену деньгам. Не бойся, не пропадет! Еще и тебе поможет.

Лиза слабо улыбнулась. Рассеянно покачала головой, дескать: «Да, надеюсь на это».

– Давай пойдем в церковь, – вдруг предложила Ирини. Мы с тетей Соней собираемся в это воскресенье. Помолимся Богу. Я давно уже хочу сходить, свечи поставить Николаю Угоднику.

Лиза даже обрадовалась:

– Да с удовольствием! Попрошу Господа надоумить сыночка, как жить дальше. Как нам всем жить. Попрошу, может, муж мой вернется. Говорят, к некоторым вернулись их мужья.

– Ну что ж, если он жив, то вернется. Будем молиться.

– За твоего тоже помолимся. Не поверю, что он может так, ни с того ни с сего исчезнуть. Такой серьезный, умный. Я тебе всегда завидовала.

Ирини отозвалась с хорошей долей сарказма:

– Как видишь, завидовать было нечему.

– Брось ты! Кто его знает, что с ним случилось… Человек может заболеть и пролежать в больнице два месяца, – заметила недовольным тоном тетя Соня

– Смертельно больной, конечно, «не может» написать домой, – усмехнулась Ирини. – Ладно, договорились: поедем в церковь. Спасибо тете Соне, она заняла мне денег. Если у тебя нет на автобус и свечи, я тебе займу два рубля.

– Спасибо, Ирини! – Лиза растроганно обняла подругу.

Боевая Ирини всегда поднимала дух Лизы, а Лизины проблемы показывали Ирини, что ее дела, фактически, получше, чем у кумы.

– Ничего, не пропаду, – думала она, оставшись одна после часовой беседы с подругами. На сковороде жарилась картошка. Вчера выкопала последнюю. Всего у нее три мешка. Хватит надолго. Посолила помидоры, огурцы, баклажаны. Есть что поесть. А там посмотрим. С голоду не помрем.

Тяжесть на сердце немного отступила.