Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

– Да я не слышал, – виновато оправдывался он.

– Не хочешь ли ты сказать, что ты глухой?

– Нет, но я не слышал.

– Как можно не услышать, стук перевернутой кровати, и крик детей.

– Они не кричали, почему ты, Наташа, ничего не сказала?

– Я испугалась, – все еще испуганные глаза смотрели на него. – Я думала, что сама переверну назад, но не смогла.

Жена с раздражением сунула Наташе Катю:

– Переодень ребенка!

Сама занялась Женечкой, вперив на мужа презрительный взгляд. Больше находиться под ее убийственными взглядами он не мог, поднялся и вышел.

– Иди, иди, горе – папочка: то в речке чуть не утопил одного ребенка, теперь можно и двоих было угробить. Лиха беда – начало! Проводила она его с насмешкой и таким избытком желчи, которая его всегда убивала.

* * *"

"Как она так может! За что жена его так ненавидит? Ведь он ее и уважал, ценил и по-своему любил, куда все ушло? Не совсем ушло, он все еще надеется, что жизнь наладится. Как это могло произойти? Себя Савва, конечно, винил. Немало было в их жизни того, что он бы хотел забыть, потому как был виноват. Но не до такой же степени, чтоб тебя так ненавидели и презирали? У других мужья и пили, и били, и ругались, и изменяли, а жены их почитали, а здесь…И близко такого нет. Вот и сейчас… Но как он, в самом деле, мог так прозевать перевернувшуюся качку – колыбельку? Как он был далеко от этого мира, от семьи, от детей. Конечно, Ирини чувствует это и злится.

«Виноват, виноват, но что я могу теперь поделать», – размышлял он и успокаивал себя, – ничего, все уладится со временем». Савва вздыхал так, как знал, что времени пройдет много, пока жена сможет это простить. Крутой нрав. Трудно прощает. Полюбил на свою голову. И то сказать – уж очень хороша, хоть и мать троих детей. Сына, правда, еще не родила. Дала знать, что больше и не собирается рожать. Дескать, девчонки тоже дети. Неужели у него никогда не будет сына? У Митьки, брата, есть сын. Федя еще не женат. У Ани ожидается пополнение к весне. Что же это за мужчина без сына? «Может, удастся еще уговорить ее? – Савва даже остановился от этой мысли. Посмотрел на небо, на кроны тополей, на птиц летающих вокруг. В голову пришла совершенно ясная мысль: «Нет, Ирини своих решений не меняет». Настроение было самое отвратительное. Он думал, куда бы податься из дома с глаз долой, чтоб не нарваться на еще какой-нибудь скандал. Савва не уставал удивляться, как его жена могла вместо того, чтоб говорить приятные вещи, наоборот, разложить все его промахи и доказывать, как неприглядно он выглядел в какой-то ситуации. И самое интересное, что и возразить ему было нечем. Он не раз ей говорил, что она прирожденная прокурор. Куда бежать? И друзей у него не было. Только кум, Шембелиди, еще не женатый красавчик. Нет, лучше заняться каким-то делом дома.