Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Надо же!» – качала она головой, как бы недоумевая, как это могло случиться.

С того дня она часто разговаривала с Мишуткой о его новорожденной тете. А внук, как взрослый, переспрашивал бабушку, как ее зовут и где, и с кем она живет, и скоро ли она приедет. Анастасия сама собиралась поехать к родителям в гости. Вот ждала только лета. Думала, может, ей стоит переехать к ним, подальше от своего бывшего мужа и теперешних молчаливых, но упорных преследований Харитона.

Дома, у бабы Нюры, под ее же руководством, они поставили Настину никелированную кровать с круглыми набалдашниками, маленький стол, книжный шкаф и еще кое-что по мелочи. Анастасия Андреевна жарила картошку и яйца. Накрывала стол. Как всегда, в ее присутствии, Харитон ощущал себя в каком-то ударе. Мог, например, шутить без конца, рассуждать на серьезные темы. И откуда, что бралось: он себя не считал начитанным, тем более образованным. Или, наоборот, молчать, давая высказаться кому-нибудь, чаще Генералу, прислушиваться к самому себе и удивляться, как ему хорошо. Расставляя привезенные вещи, Харитон следил за «Настенькой», как ему казалось, незаметно. Однако успел заметить, что раз его такой пристальный взгляд был пойман Генералом, который вслед за этим чуть заметно усмехнулся. Харитону было все равно. Он мысленно считал время, которое еще предстоит провести в ее компании: вот еще минут двадцать все расставить и еще полчаса, а может сорок минут за столом. Больше уже будет неудобно… Глаза его, как фотоаппарат, оставляли в его памяти каждое ее движение: поворот головы, манеру поправлять волосы, загибать рукава, брать на руки ребенка… Все, все ему в ней нравилось.

– Ну, вот Анастасия Андреевна, – проговорил он, – наконец, все, кажется на местах, а, Генерал? – обернулся он к Яшке.

– Да, может еще, что надо передвинуть? – спросил тот.

– Ой, детки, хватит, хватит, – запротестовала баба Нюра, – итак натаскались сегодня! Дай Бог вам здоровья! Скорей к столу. Давайте, мойте руки и садитесь. Я вон уже и хлебца нарезала, только что испекла.

– Не обессудьте, ребята: особенно нечем нам вас угощать…, – смущенно повела к столу рукой Анастасия Андреевна.

– А нам хлеб, да щи или борща, да и больше ничего не надо, – шутливо успокоил ее Генерал.

– Знаю, вы парни неприхотливые, – согласилась бабуся, – щами, конечно, не обойдемся, есть кое – что и повкуснее."

"– Если уважаемая баба Нюра имеет ввиду жареную картошку и яйца, то это настоящий деликатес для любого мужчины, – заверил с помпой Генерал, подмигнув остальным.

– Тем более, зажаренные руками всем известной умелицы, Анастасией Андреевной, – добавил тоже с некоторым пафосом Харитон.

– Уж не знаю, и в самом деле, Настя умеет пожарить так картошку, как я, видно, помру, а не научусь, – поддержала его баба Нюра.