Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

Народ веселился до первых петухов. Последними со свадьбы ушли Слон, Иван и Митька-Харитон.

* * *"

"Для Ирини началась новая, семейная жизнь. Брат, Яшка-Генерал, перевез кое-какое ее барахлишко: две новые перовые подушки, старый матрас, покрывало: иметь покрывало было настоящим богатством, его себе купила Наталия-Роконоца перед самой свадьбой дочери; две простыни, кастрюлю и четыре тарелки, столько же граненных стеклянных стаканов, а также поварешку подарила сестра. Люди подарили немного денег и по мелочи кое-какие вещи. Мария, ее кума, подарила белую шерстяную шаль в ярких цветах – давнюю Иринину мечту. И где только подруга ее приобрела? Эльпида подарила симпатичный большой эмалированный чайник белого цвета. Братья подарили по мешку семечек и муки. Самый дорогой подарок сделала ее крестная, мать Ксенексолцы – новенький блестящий сепаратор. Вот и все, не считая ее скудной одежды, среди которой самой дорогой вещью являлось ее тонкое новое пальто на осень и весну. Зимнего пальто не было: ходила в стеганной фуфайке. Был еще полинялый прорезиненный плащ. Но и всему этому она была рада: у других и того не было. Дом у братьев Александриди был побольше Ирининого. Больная мать лежала не вставая, она делила комнату с дочерью Аней. Вторую комнату занимали братья. Митька, кстати, дома почти не ночевал: неделями жил у своей русской зазнобы Муси-Маруси. А Федор часто ездил по командировкам на МТС-овском новеньком грузовике. Младший брат был очень симпатичным, хорошо сложенным, одного роста с Саввой. Их средний брат, Митька – чечен был невысокого роста, плотного телосложения. Через два месяца после Саввиной женитьбы, Митька переехал насовсем к Мусе в Шокай, так как та объявила ему, что ждет ребенка. И мать, и братья с самого начала отговаривали его от этой связи с русской, но тот и не подумал их послушать: решать он привык по-своему с детства, один отец был для него когда-то авторитетом.

Первое, что понравилось Ирини в доме мужа было то, что свекровь ее, Наталия, тезка ее матери, оказалась чудной женщиной. С ней можно было обо всем говорить, не осторожничая и не думая о каких-то последствиях. Когда к ним, в одно из воскресений, пришла в гости кума Настя Власина с Мишуткой (летние каникулы еще не закончились, и Настя приехала навестить бабу Нюру), свекровь так приветливо разговаривала с ребенком, что тот очень быстро освоился в чужом доме. Савва тоже был – сама чуткость: посадил ребенка на колени, угощал леденцами, учил играть на губной гармошке. Так, что Миша так ни разу не захотел пойти на ручки к самой крестной. Еле уговорила, пойти с ним посмотреть маленького теленочка в сарае, пока Савва показывал Настасье огород и пристройку. Потом Анастасия засобиралась домой: сыночка пора было укладывать спать.