Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка

– Умирать буду, но приду, – ответил тот, комично скривив физиономию, усаживаясь на свободный стул. Все засмеялись. Положительно всем не хватало сегодня его всегдашнего юмора.

Несмотря на молодость, Эмма была известной на всю Осакаровку портнихой, последние три дня она шила Ирини подвенечное платье из простого белого штапеля и по-свойски ругала ее, что у нее нет предсвадебного счастливого настроения: фата с цветами, и все остальное было ей не в радость. Сейчас она сидела за столом и опять подтрунивала над подругой:

– Расскажи всем, как ты замуж идешь, а сама не хочешь.

– Почему это? – спросил Слон, сделав удивленные глаза.

– Не знаю…Спросите ее, – она показала рукой на Ирини, – может, жених не нравится

– При чем здесь «не нравится»? Я б хотела всю жизнь прожить рядом со своим родными и друзьями, и чтоб ничего не менялось. Для чего только люди женятся? – спросила она пресекающимся голосом.

– Ну, матушка, ты даешь, зачем? Чтоб детей народить, род продлить, счастливой быть, – Ксенексолца смотрела на нее вопросительно, не веря, что подруга так расстроена, – все будет хорошо, глупая, не переживай зря.

– А я и так счастливая, ни к чему мне для этого замуж выходить!

Ксенексолца сжала ей ладонь:

– Тише ты, дурочка! Не пугай меня, успокойся… Не ты первая, не ты последняя.

Митька-Харитон, закончив шептаться с Генералом, подсел к опечаленному Ивану и, хлопнув его по плечу, сказал вполголоса на ухо:

– Не переживай, друже! Все образуется. И у тебя все будет хорошо.

Тот согласно кивнул. Но с вечеринки ушел раньше всех… Кстати, в следующем месяце, в самом начале июня его вместе с Аликом Аслоняном забрили в армию на срочную службу. Так, что теперь Митьке-Харитону предстояло учиться в Караганде без них, он был младше своих друзей, так что в армию ему через год.

* * *Венчал Ирини Христопуло и Савву Александриди батюшка Тимофей, крепко обосновавшийся в отстроенной православной церкви Святого Николая Угодника. Совсем недавно он тоже женился и привез себе попадью из родного города Киева. В прошлом году она ему родила девочек-двойняшек."

"Ирини и Савва еле дождались, когда пройдет церемония венчания, наденут друг другу медные кольца и отец Тимофей, наконец, объявит их мужем и женой. Очень утомительно ощущать у себя за спиной толпу ожидающих, когда все завершится и с интересом сверлящих спины венчающихся, при этом разбирая по косточкам их и всех окружающих. Наконец, все завершилось и все высыпали за ворота церкви. Оттуда пешком отправились домой. С километр шли под музыку кеменже и гармошки. Перед обвенчанными шла танцующая процессия. Народ махал руками, притопывал ногами и выкрикивал всяческие приветствия молодым.