Красиво разводятся только мосты

— А если нет?

— Что-то я тебя, Ира, ни хрена не пойму, — отложила Аврора картонку. — То Аврора переспи с ним. То Аврора беги от него. То не морочь мужику голову. То расскажи всё как есть. Ты уже определись, Ирина Лебедева.

— Я?!

— Ну не я же. Мне каким твоим советам следовать? Я для себя всё уже решила: сексу быть. А вот ты что-то мечешься: то ли мне помогать, то ли вредить. Может, тебя с ним познакомить? И меня по-дружески от необдуманного поступка спасёшь, и сама повеселишься, — сверлила её глазами Аврора. — Он же тебе понравился, да?

Ирка укоризненно дёрнула головой, потом тяжело вздохнула.

— Зря ты злишься. Вернее, срываешь злость на мне. Я тебе не враг.

— Ну как сказать, Ир. Ты же мне про Петьку так ничего и не сказала.

— А что я должна была тебе сказать? — отшвырнула Лебедева меню.

— Рора, он любит меня. Забей на него, — ответила Аврора. — Вот что ты должна была мне сказать давным-давно. И я бы тогда так глупо не выглядела, когда кокетничала с Петькой на выпускном, а он не знал как от меня отделаться. Не рыдала бы, что он ушёл с Зайцевой, потому что с ней он тоже ушёл от отчаяния, когда ты его отшила. Всё это ты тоже могла бы мне сказать.

Ирка опустила глаза. Вздохнула, покачала головой и снова посмотрела на Аврору.

— Наверно, могла бы. Как и то, что он предлагал мне замуж, и до того, и потом, когда я уже была глубоко беременна от Воскресенского. Но это не твоя история, Аврора. Понимаешь, не твоя. Есть твоя: ты и Петя, — показала она руками в одну сторону, а потом в другую: — А это моя. Такая же несчастливая, невзаимная, ненужная ни ему, ни мне. Но она случилась. Да и что бы это изменило, скажи я тебе? Ты любила его, он — меня, а я — Воскресенского. И это я, а не ты всё просрала. Понимаешь? Я. И Петьку, и Вадима, и свою грёбаную жизнь. И нет мне никакого дела до твоего Кораблёва. Я тоже злюсь, потому что Воскресенский здесь. Потому что я полночи вчера, как дура, простояла под окнами его дома, чтобы хоть одним глазком, но… — она покачала головой.

Аврора протянула руки. Они обнялись, нагнувшись над столом. Ткнулись друг другу в плечи.

— Кхе-кхе, простите. Вы готовы сделать заказ? — прозвучал над головой голос официанта.

— Нам два стейка, бутылку вина на ваш выбор и тарелку с закусками, — подала ему закрытое меню Ирка.

— И бутылку воды без газа, — добавила Аврора, тоже возвращая меню.

Невыносимо хотелось выпить, но чёртов гастрит и непроходящий страх «а не беременна ли я» предостерегали от рискованных поступков.

— Женщины мало пьют, потому что все мужики красивые? — усмехнулась Ирка.

— Алкоголь для слабаков, сильные наслаждаются депрессией, — ответила Аврора. — Я позвоню, ты не против? — достала телефон, когда официант ушёл.

— Звони, конечно. Только не приглашай его сюда, — откинулась к спинке диванчика Ирка.