Усни, красавица

В последний раз. Я наотрез отказался… как каждый бы сделал на моем месте.

– Я не был на вашем месте.

– Шантажу нельзя поддаваться, от этого шантажисты только наглеют.

– Ваша… подруга уже умерла, – сказал Шустов. Наверное, хотел таким образом поторопить Осетрова. А тот вместо продолжения рассказа начал всхлипывать, и было слышно, как Шустов наливает из графина в стакан воду, а Лидочка подумала, что у всех следователей на столе должен стоять графин.

– Я не ложился спать, я ждал нового звонка. И он был. Это был странный звонок.

– Во сколько? – спросил Шустов. – Вы заметили время?

– Примерно в половине второго.

– Расскажите подробнее.

– Она говорила невнятно, я почти ничего не мог разобрать. У меня возникло жуткое подозрение, что она все же наглоталась таблеток. И я подумал – что же со мной будет!

– Вы подумали, что же будет с вами?

– Я сказал жене, что мне надо уехать. Она категорически была против. Она предположила, что это какой-то очередной шантаж Алены. Но я очень испугался. Я позвонил еще раз, но никто не взял трубку… было занято…

– Я сам удивился. Позвонил еще раз… Я представил себе, что она лежит без сознания и не может дотянуться до аппарата.

– Да, я поймал такси… У меня был свой ключ. Кстати, вот, я его хотел возвратить… наверное, лучше вам, да?

– Я поднялся наверх, я позвонил… никто не открыл. Это совершенно ужасно, не дай вам бог… Я увидел, что она лежит… Трубка телефона у нее в руке. Дальше я действовал буквально бессознательно.

Лидочка поняла, что Шустов продолжает записывать.

– Я взял трубку и положил ее на место.

– Не знаю. Но помню, как вытер отпечатки пальцев.

– Вы боялись, что вас заподозрят?

– Это наивно, но мне казалось… я был в шоке… мне казалось, что если убрать все следы моего пребывания там, то обо мне не вспомнят. Ведь мало кто видел, как я сюда приходил.

– Дальше я стал искать, куда сложить все, что связано со мной. Там были мои фотографии, даже мои часы, которые она хотела отнести в починку, наручные часы… там были мои книги, две книги, я как-то занимался у нее. Потом я пошел в ванную, взял свою зубную щетку и пасту. Я очень чистоплотный человек и не выношу, когда кто-то пользуется моими вещами, и сам не люблю чужих вещей… моя щетка для волос… Я брал только свои вещи, клянусь вам.

– Этим вы ввели в заблуждение следствие.

– Потом я ушел. Я положил все в шкатулку, которая стояла на комоде, и ушел.

– Но почему именно в шкатулку?

– Потому что я увидел ее, когда искал, куда же мне положить свои вещи.

– А Елена Сергеевна лежала там?

– Конечно, она лежала. Я старался не смотреть на нее. Я же понимал, что она сделала это нарочно, чтобы отомстить мне за то, что я не хочу на ней жениться. И потому мне надо было перехитрить ее – стереть следы.