Дело спящей красавицы (СИ)

Развернула бумагу и поднесла ее ко мне стороной, на которой виднелись ряды слов.

Я пробежал глазами по строкам и нахмурился.

«Не продолжайте поисков, если желаете остаться живым и здоровым, господин некромант. Добрый совет: оставьте дело Потемкиной и позвольте несчастной княжне спокойно остывать в семейном склепе».

— Очень интересно, — задумчиво пробормотал я, рассматривая буквы.

Почерк был ровным. Бумага не была продавлена пером, словно тот, кто писал, делал это часто и не особо напрягался. Ошибок в письме не нашлось, и знаки препинания присутствовали. Даже точка в конце стояла.

Любовь Федоровна взглянула на лист через просвет. Нахмурилась:

— Вот оно что. В ход пошли намеки.

Я равнодушно пожал плечами:

— Значит, я на верном пути. Это письмо только доказывает, что Литвинов невиновен. А настоящий убийца начинает паниковать. И допускать просчеты.

— И отступать ты не собираешься, я права? — с ноткой недовольства в голосе уточнила Виноградова.

Я покачал головой и попросил:

— Уберите это в большой конверт. Его следует сдать в жандармерию. Может быть, жандармам удастся установить принтер, на котором было напечатан конверт. Или снять отпечатки пальцев с бумаги послания. Хотя я сомневаюсь, что почтальон в деле. Скорее всего, был нанят за десять копеек на улице.

Виноградова кивнула, сложила письмо и убрала его в конверт. А затем отнесла в мой кабинет.

— Спасибо, — поблагодарил я призрака и опустился в кресло.

Откинулся на спинку и взглянул в окно. Тени удлинились, солнце высвечивало камни на дорожке и стену арки.

— Надо видеоглаз установить, — задумчиво предложила Любовь Федоровна.

— Дорогое удовольствие, — заметил я.

На это женщина небрежно пожала плечами:

— Один раз живем и умираем. Поставим, раз надо. Все же тут не проститутошная. Пусть и бывают здесь всякие странные личности, но наш дом — приличное место. Можно и внутри поставить устройство.

— А вы знаете, я слышал, что бывают камеры, которые улавливают движения призраков.

— Что за дикость? — призрачная дама возмущенно взмыла к потолку. — Даже после смерти нормально не пожить. То есть, можно следить за мной, к примеру? И прямо меня видно будет?

— Не уверен, что это правда, но если желаете, то могу узнать.

— Незачем нам такое в доме держать. Хватит одного глаза снаружи. И еще замок поставить на воротах в арке. Чтобы с кнопочкой был. И еще нам нужен телевизор.

— Зачем? — искренне удивился я.

— Книги в доме давно прочитаны. И по несколько раз. Газеты сейчас приходят регулярно, и я даже успеваю пролистать их до того, как ты проснешься.

— Но телевизор? — снова уточнил я.

— Мы же современные люди, — начала Виноградова и замолчала. А потом вздохнула. — Раньше я любила театр, ходила в кино. И посещала концерты.