Красавица

Единственной деталью, по которой его можно опознать, было золотое кольцо с печаткой на мизинце левой руки, где виднелся знак Львиных Чертогов.

Взгляд Селины задержался на кольце и благородных пальцах Бастьяна, которые напряглись, точно он почувствовал, что на него смотрят. Селине должно было быть все равно при виде этой трещины в его напускном спокойствии. Но – к ее великому сожалению – все внутри ее сжалось, и ее кожа покрылась мурашками, точно она внезапно оказалась посреди ночной зимней бури.

То, что он чувствует ее взгляд, будто оживило ее. Это чувство было где-то между тем, чтобы значить все и не значить ничего. Беспокоящая мысль, без сомнений. Почти такая же беспокоящая, как вопрос, который, конечно же, последовал далее.

Бастьян был рад встрече с ней или раздражен?

Они впервые видели друг друга после того, как признались, что оба питают чувства друг к другу. В ту ночь, когда договорились, что не станут чем-то большим, чем мимолетными знакомыми. Увы, присутствие мимолетного знакомого не пробуждает бабочек, порхающих в животе, и не сдавливает сердце.

Растерянность наполнила мысли Селины.

Одетта приняла драматичную позу, ее правое бедро качнулось вперед, когда она указала на Бастьяна.

– Поведай-ка нам, и кто же ты такой?

– Минотавр, – раздался глубокий веселый голос из-под бычьей маски.

– Разве в шекспировской пьесе есть Минотавр? – не поняла Одетта.

Бастьян отрицательно качнул рогами.

– Что ж, бык на твоей совести, – пошутила Селина, жалея, что не может видеть его глаза. Жалея, что не может прочесть его мысли, как страницы любимых книг, останавливаясь, чтобы насладиться каждым словом. Ее пальцы скользнули в карман сами по себе, сжав высокомерную записку, разжигая негодование в ее крови, надеясь, что огонь поглотит чувства.

Голова быка наклонилась в сторону Селины, движение было пропитано хмуростью. Затем Бастьян отвернулся, словно ему наскучила даже мысль о ней.

Хотя движение и было едва уловимым, оно разозлило Селину до предела, огонь гнева поглотил все на своем пути. Она смяла записку в кулаке. Он уже пренебрег ею один раз сегодня. После чего Селине пришлось немало похлопотать, чтобы прийти на это богом забытое мероприятие, и все ради того, чтобы увидеться с ним лицом к лицу.

А теперь он решил, что может посмеяться над ней?

Безумие, которому нет предела. Это и правда было глупо, то, что Селина хотела видеть его и хотела, чтобы он видел ее в ответ. Она заслуживала это обидное чувство сейчас. Ничего хорошего никогда не выходит, когда поддаешься безумным соблазнам.

Неважно. Говоря его же словами, Селина не даст Бастьяну второго шанса. Он издевается над ней уже слишком долго. Так не ведут себя мимолетные знакомые. Так ведут себя враги. А ей и без того хватает врагов.