Красавица для миллиардера (СИ)

Поначалу было всё хорошо.

Ляля очень любила сладкое. Конфеты, духи и мальчиков. Молоденьких таких, со смазливыми физиономиями, которым надо не баб трахать, а самим отдаваться властным самцам.

Но потом она почуяла мой интерес. И резко изменила вкусовые предпочтения. Всегда говорил, что если ты хорош собой, не имеешь проблем со стояком и имеешь кучу бабок, рано или поздно к твоим ногам падет любая крепость.

Возвращаясь к Ляле… когда мы стали спать вместе, мальчики закончились. Сразу предупредил, что не покатит никаких свободных отношений и походов налево. Мне не нужны сюрпризы в виде половых инфекций и неожиданных героев сексуального фронта, оказавшихся в её постели, когда я приду.

Я, видите ли, собственник."

"Поначалу Ляля была не в восторге. Но потом, осознав свою выгоду, согласилась.

Она моложе меня на пять лет. Красива, сексуальна, энергична и умеет помолчать. Ясное дело, что эта длинноногая блондинка (все, как я люблю) не против была надеть на пальчик обручальное кольцо, только вот я уверен был, что ей не хватит ума обставить всё красиво. Для того, чтобы я подумал про официальный брак, нужно нечто большее, чем красивые ноги и глубокий минет.

Не хватило ума. Начала наглеть. Считать, что имеет право на что-то, практически считая себя госпожой Кагратовой. Поэтому порвал без всяких сожалений.

К тому же в голове теперь была другая. Алиса.

Хрупкая девочка с огромными голубыми глазами и нежнейшей кожей. Его стоны до сих пор звучат в моих ушах, не давая сосредоточиться.

Зуфар Абдулов смотрит на рамку с фотографией отца, Демьяна и Пелагеи, нашей сестры, стоящую на столе. Очень внимательно так смотрит, будто что-то задумал. Особенно, на мою сестренку.

Делаю глоток кофе — горчит. Что это с Ирой? Так засмотрелась на Зуфара, что забыла положить сахар? Или мне уже всё несладко рядом с этим человеком?

Вроде бы и нормально заключили контракт, но что-то меня грызёт изнутри. Что-то не так. Или только кажется?

— Жена? — интересуется Абдулов, продолжая внимательно рассматривать фотографию. Слишком внимательно. До жути. В какой-то момент хочет последнюю тупо спрятать, чтобы не пялился, куда не просят.

Это начинает конкретно напрягать. Нечего так смотреть на то, что принадлежит мне. И неважно, что это: машина, украшения или сестра. За сестренку порву.

Кто-то бы сейчас укорил меня, что нельзя ставить на одну планку неодушевлённые предметы, бизнес и людей. Но мне плевать. И так ясно, что семья — святое. И я ни капли не стесняюсь душевного тепла к родным.

— Сестра, — говорю я ровным тоном, пока ещё не пуская в голос скрытую угрозу.

— Работает тут тоже? — как ни в чём не бывало продолжает он и переводит взгляд на меня. В его пальцах тоже зажата маленькая белая чашка, и сизый парок ещё поднимается вверх.

— Да.