На краю

Договорились?

Лыков уже понял, что начальник ЖПУ — человек оборотистый, и тут же согласился. Через четверть часа явился топтун, неприметный, как и полагается человеку его профессии. Он четко доложил: видел Собаку Ваню, тот курил, и оттопыренный негнущийся мизинец сразу бросился в глаза. Матрос молодой, нервничал, оглядывался по сторонам, а бандит его в чем-то убеждал. Потом протянул руку и быстро ушел к Семеновскому базару, где и потерялся довольно ловко. Но лицо моряка памятное: круглое, с веснушками и красными от мороза ушами. Причем левое ухо чуть выше правого.

— Точно эсминец «Грозный»? — спросил на всякий случай статский советник, хотя было ясно, что филер опытный: мизинец разглядел!

— Точно, ваше высокородие.

— Едем в казармы!

Восемь кирпичных казарм Сибирского экипажа, каждая в три этажа, были гордостью Экипажной слободки. Первый дивизион Минной бригады Владивостокского отряда квартировал в казарме номер шесть. Сюда прибыли по требованию полковника де Сент-Клера дежурный офицер и два подчаска. Лыков предъявил свой билет и объяснил лейтенанту суть дела. Надо выстроить состав эсминца «Грозный» в коридоре. Как только нужного человека опознают, следует доставить его в жандармское управление Уссурийской железной дороги для следственных действий. Дежурный уже получил распоряжение бригадного командира и не возражал.

Однако оказалось, что собрать экипаж эсминца непросто. Матросы старших возрастов числились в одной роте, молодые — в другой, а денщики — в третьей… Пришлось вызывать их из разных казарм. Наконец людей с «Грозного» построили в коридоре. Те недоуменно галдели и отпускали соленые шутки. Филер прошелся вдоль строя, развернулся и двинул обратно. Лицо его выглядело растерянным.

— Колиберский, что случилось? — почуял неладное Лыков.

— Его тут нет, ваше высокородие.

— Нет? Ты уверен? Пройди еще раз.

— Зачем? У меня глаз наметанный.

Сыщик подозвал дежурного по казарме кондуктора и спросил, где еще могут быть люди с нужного им корабля. Тот ответил: все здесь, не считая трех, которые в лазарете. Ну, еще десять в рабочей команде и семеро в учебной…

Они решили уже ехать на эсминец, искать там. Вышли к Гайдамакской, и вдруг Насников схватил за рукав шедшего мимо моряка:

— Погоди-ка.

Тот растерянно ответил:

— Я ж козырял… вы разве не видели?

Поручик ткнул в него пальцем и спросил Алексея Николаевича:

— С какого он, по-вашему, корабля?

— С «Грозного».

— А если приглядеться внимательнее?

Лыков посмотрел и ахнул:

— С «Грозового»!

Он вцепился в матросика с другой стороны:

— А что, есть и «Грозный», и «Грозовой»?

— Так точно. Этот эскадренный, из первого дивизиона. Истребитель.