На краю

В результате наш доблестный подполковник, весь обвешанный орденами с мечами, безнаказанно доит китайскую корову. И еще долго будет доить с таким прикрытием.

Или вот еще выходка Лединга. Три года назад кули схватили атамана шайки хунхузов Чан-пэя. Тот много лет терроризировал китайцев Приморья, собрал двести головорезов и делал что хотел. На зиму он прекратил операции и поселился на Миллионке. Китайцы очень боятся хунхузов, но этот Чан-пэй, видимо, сильно им надоел. И простые мужики в синих дабах[47] пошли и схватили злодея, наводившего ужас на весь Уссурийский край. Схватили и передали полиции. И что вы думаете? Через неделю атаман шайки уже разгуливал по Чифу[48], вместо того чтобы болтаться на виселице в Харбине. Оказалось, что жена Чан-пэя пришла на прием к Ледингу и вручила ему за освобождение мужа тысячу рублей. Когда китайцы обратились к полицмейстеру за разъяснением, он ответил: я пожалел атамана. Он человек семейный и дал мне слово больше не заниматься разбоем. И я его отпустил. Представляете? Поверить на слово хунхузу!

Насников выговорился, вздохнул в сердцах и попросил еще чаю. Самовар уже остыл, сыщики велели подать новый. Несколько успокоившись, Олег Геннадьевич продолжил доклад:

— А что он вытворяет с частными городовыми! Уму непостижимо.

— Погодите, Олег Геннадьевич, — остановил поручика статский советник. — По закону любой подданный Российской империи может содержать у себя в имении собственного городового."

"— Да, но на каких условиях? Желающий сделать это пишет прошение губернатору. Тот адресует представление в МВД, и уже оно рассматривает ходатайство просителя. И, сообразуясь с необходимостью, принимает решение. При условии, что деньги на жалованье, обмундирование, вооружение и снаряжение городового на год вперед вносятся в казну. После этого Казенная палата открывает в казначействе кредит в распоряжение полицмейстера. Требовательная ведомость, очищенная расписками получателя, отсылается в Контрольную палату. При такой схеме деньги не украсть, поэтому Лединг собирает их с просителей сам. И помещает на личный счет в банке, а не на депозит казначейства. И потом тратит, как хочет. Очевидно, что городовые, которых он выставляет заявителям, оплачиваются городским бюджетом. А собранные средства исчезают.

— Кто держит в городе частных городовых?

— Многие, Алексей Николаевич. Торговый дом «Кунст и Альберс», Русско-Китайский банк и Сибирский торговый банк, кафешантаны «Аполло», «Фарс», «Кордон Руж», «Альгамбра», летний сад «Италия», многие дома терпимости и даже население Корейской слободки!

Лыков усомнился:

— Банкам для чего участвовать в махинациях Лединга? Они же не публичные дома. Написали губернатору или в Петербург, оттуда сразу прилетит Генриху Иванычу по шапке.