Край земли. Затерянный рай

Альбатросы кружили вокруг, ныряли в воду за добычей, садились на скалы, суша на солнце перья, и снова взлетали.

Корабль миновал узкое место, и впереди разверзлась необъятная даль Тихого океана. Они уже позабыли, каково это – не видеть другого берега. Но еще больше будоражило воображение то, что другой берег – это уже совершенно чужой и враждебный континент Северная Америка. Миновав мыс Станицкого справа и мыс Маячный слева, тральщик пересек невидимую границу, отделяющую тихую камчатскую гавань от огромного океана, чьи глубины местами столь велики, что в них могут утонуть самые высокие на планете горы[36].

Два друга переглянулись.

– Волнуешься? – спросил Никита.

Жаров дернулся от нервной усмешки:

– Не без этого, братан.

– Есть отчего, – Вишневский кивнул. – Может, пора обратно?

– Испугаться пространства и броситься в свою нору, как мыши? – поморщился Андрей. – Это же внешний мир. И этот океан нам предстоит заново покорять.

– Ну не на маленьком же тральщике.

– Если мы не восстановим подлодку, то именно на нем. Ничего иного у нас нет. Мы обязаны выйти за пределы своего мирка. Человечество когда-то испугалось либо космических пространств, либо расходов на их покорение. Я уж не знаю. Знаю только, что человечество осталось в одном замкнутом мирке, при этом продолжая расти и множить свои проблемы и противоречия. И где теперь это человечество? Если же теперь и мы будем бояться океана, то мы просто тихо сгинем у себя на берегу бухты. Не забывай, Никита, что наш главный приоритет – будущее. И оно там. – Он кивнул в сторону горизонта.

– В той стороне, вообще-то, Америка, – скривился Вишневский.

– Ну хорошо, значит там, – Жаров указал на юг. – Где угодно. Мы доберемся до Владивостока, до Сахалина, до Японии, Кореи и даже до Китая. Мы обогнем южную оконечность Камчатки и войдем в Охотское море. Пересечем его и окажемся в реке Амур. Узнаем, что стало с Комсомольском-на-Амуре, Хабаровском, и, двигаясь по той же реке, опять-таки, сможем узнать, что стало с Китаем. Мы теперь все это можем, Никита.

– Ты, надеюсь, не сегодня решил совершить кругосветное путешествие? – засмеялся Вишневский.

– Да иди ты, – отмахнулся Андрей. – Я тебе говорю о том, что мы должны привыкать к океану. Не отворачиваться и не бежать от него на всех парах.

– Парни! – послышался крик с ходовой рубки. – Мы в Тихом! Поворачиваем обратно?!

– Ну вот, еще один, – Жаров поморщился. – Нет! Еще рано! Идем пока прямо!"

"Андрей встал на самой передней точке корабля и устремил взор вдаль. Он вспоминал детство. Одно из ярких впечатлений того времени пришлось именно на выход из Авачинской бухты в Тихий океан. Всему их школьному классу организовали экскурсию на ракетный крейсер «Варяг»[37].