Коварный искуситель

Лахлан обернулся, выхватывая из-за спины меч, а затем и второй.

– Черт, Белла! Бегите же!

На этот раз она не мешкала. Он слышал, как удалялись ее шаги, но в этот миг на маленькую поляну вышел первый из них, и надежды на то, что Белла уйдет прежде, чем они ее заметят, исчезла в тот миг, когда кто-то крикнул:

– Быстрее, один из них удирает!

За ней вдогонку поскакали по меньшей мере десять всадников; остальные – раза в два больше числом – направились к Лахлану.

Он подпустил их ближе, и схватка началась. Он дрался как одержимый. Один за другим нападающие валились под искусными ударами двух его мечей: один ставил преграду; второй рубил, колол и резал. Никто не мог остановить Лахлана, никто не мог победить. Он был неуязвим. Почти…

Но у каждого есть слабости. Когда вернулась первая группа всадников, один из них держал упиравшуюся Беллу, приставив к ее горлу нож, и Лахлан понял, в чем его слабость.

– Бросай оружие! – c презрительной усмешкой потребовал захватчик. – Или я пережу ей горло.

Лахлан предпочел бы умереть, но не отступить, но не мог видеть, как умирает она.

Один за другим мечи со звоном упали на землю.

Минуту назад Белла была переполнена счастьем, не понимая, за что извиняется Лахлан. И хоть все произошло довольно быстро, это было просто восхитительно, она и не знала, что так бывает, никогда не испытывала ничего подобного… Потом ее схватили какие-то головорезы и потащили в замок Пиблс.

Белла была напугана до ужаса, и не только потому, что снова оказалась пленницей. Самое страшное началось, когда ее разлучили с Лахланом.

Он только успел прошептать:

– Вы меня не знаете.

На то, чтобы обдумать эти слова, у нее не осталось времени. Лахлана заковали в цепи и рукоятью меча ударили по голове так, что он без чувств повалился на землю, как огромная, облаченная в броню тряпичная кукла.

– Не трогайте его! – взмолилась Белла и добавила, предположив, что они охотятся на нее: – Я охотно пойду с вами. Только умоляю – не трогайте его!

Бандит, который ее держал, бросил на нее неприязненный взгляд.

– Какое мне вообще до тебя дело? Ты нужна лишь, чтобы он был посговорчивее.

Белла едва скрыла свое удивление. Боже правый, они не знают, кто она, и выслеживали вовсе не ее, а Лахлана. Но что они от него хотят?

Ждать ответа долго не пришлось. Ей связали за спиной руки, и бандит грубо втолкнул ее в караулку возле ворот замка. Через несколько минут вслед за ней втолкнули Лахлана. Белла бросилась было к нему, но второй бандит схватил ее прежде, чем она успела приблизиться, и, кивнув на деревянную скамью, прорычал:

– Не выйдет!

Белла не могла отвести взгляд от Лахлана. Ее сердце сжималось от горя. Как много крови! Залита половина лица, глубокая рана на виске.

Ее душили слезы. Он лежал совершенно неподвижно.